Сон принцессы Тани



Старый король Сам-Сусам ушёл в очередной отпуск и отправился к Южным морям погреть на золотом песочке свои старые кости, взяв с собой половину свиты. Он бы взял и вторую половину, если бы принцесса Таня не отказалась его сопровождать, заявив, что хоть она уже очень большая девочка, но старых костей у нее пока нет и греть ей на золотом песочке совершенно нечего. Так и пришлось кучу народу оставлять в столице — за принцессой приглядывать. Но в королевском дворце было столько комнат, закоулков, тайных ходов, что никаких глаз не хватило бы за Таней уследить.
Однажды утром первая фрейлина донна Дуся пошла будить принцессу и вместо Тани обнаружила на кровати записку: 'Милые придворные, не волнуйтесь. Мы с моим конем Борькой отправились погулять. Через недельку, может быть, вернёмся…"
Никто не стал поднимать по тревоге дворцовую гвардию — все знали: Таня неуловима, а Борьку не догонит ни один конь в королевстве…
У Северных ворот принцессу ожидали два рыцаря — дон Кост-Юм и дон Мак-Кинтош, которые избрали Таню дамой сердца и все ее капризы исполняли. А если кто сомневался, что Таня всех прекрасней и милей, — тех они вызывали на поединок. А если кто сомневался, что Таня всех прекрасней и милей, — тех они вызывали на поединок.
— К вашим услугам, принцесса! — сказал, припав на колено, дон Мак-Кинтош. — Приказываете, прекраснейшая! — геройски воскликнул дон Кост-Юм. Это было очень рискованно, ведь Таня могла приказать все что угодно, например, достать птичьего молока или поймать ей маленького дракончика.
— Поедем в город Колдунов! — решительно сказала принцесса. — Я там ни разу не была.
— Но, Ваше Высочество, — изумился дон Мак-Кинтош, — там же вас могут превратить в лягушку. Этим колдунам закон не писан!
— Значит, это будет самая прекрасная в мире лягушка, — заявила Таня и пришпорила коня Борьку. Верным рыцарям ничего не оставалось делать, как последовать за ней.
Город Колдунов вообще-то городом не был. Колдуны жили в огромном ущелье среди Гремучих Гор, по которому стекала в долину река Гремучка. Колдуны никого к себе не пускали, а кто пытался нарушить их покой, тех превращали в лягушек, ящериц и пауков, а одного рыцаря из Барабании дона Пар-Дона вообще в крокодила превратили. Посадили его на цепь — вход в ущелье стеречь, пообещав через двести лет, если верно служить будет, опять в рыцаря превратить. Вообще-то немало находилось любопытного народу — так что вся округа у Гремучих Гор, так и кишела ящерицами, лягушками и пауками.
Дон Мак-Кинтош скакал впереди, и вся эта живность с писком разбегалась из-под копыт его верного коня. А у самого входа в ущелье огромный крокодил, гремя бронзовой цепью, бросился наперерез принцессе и ее рыцарям.
— Стой! Кто идёт? Стой! Кусать буду! — рычал крокодил.
Дон Мак-Кинтош был бесстрашным рыцарем, но старался, чтобы все поединки велись по правилам.
— Дон Крокодил, — воскликнул он, — скажите, до превращения вы были простолюдином или благородным рыцарем? Если вы — рыцарь, я проткну вас копьем, а если — простолюдин, вам придётся отведать моей плётки!
— Колдуны сделали мне такие челюсти, что я могу спокойно жевать рыцарские доспехи, ответил крокодил, — но вы меня так оскорбили, что я даже грызть вас не буду. Проходите… Пусть вас превратят в мокрицу — вам же хуже,
Крокодил вильнул хвостом и помчался прочь.
— Попадись мне, ящерица! — крикнул ему вслед дон Мак-Кинтош.
— Ваше Высочество, может, не стоит рисковать… — благоразумно заметил дон Костюм. — Нас-то ладно, а вот если из вас каракатицу сделают…
— Я принцесса, — сказала принцесса, — и значит, я капризная и своенравная и ни в чём себе отказать не могу. А если мне угрожает опасность, на то у меня и верные рыцари…
У самого входа в ущелье Танин конь Борька вокруг начал брыкаться и тревожно ржать.
— Принцесса, мы осмотрим дорогу! крикнули рыцари и умчались вперед.
Борька тем временем, яростно взбрыкнув, сбросил с себя бедную принцессу, которая упала на землю и тут же потеряла сознание, а конь бросился вдогонку за рыцарями.
Очнулась Таня, когда уже стемнело, в небе горели звезды, каждая размером в грецкий орех. Но горькие слёзы заливали ей глаза, и она не видела звёзд.
— Принцесса, вы живы? — послышался шёпот из темноты.
— Ой, кто это? — не забывая всхлипывать, пробормотала Таня.
— Это я — Борька… — выползшая из-за скалы круглая луна осветила длинногривого коротышку. — Меня колдуны превратили в человека. Это людей они превращают во всяких каракатиц, а животных — в людей.
— А где кони моих рыцарей? — прохныкала принцесса.
— А что кони… Они рады-радёшеньки, что столько железа на себе таскать не надо. Отряхнулись и ушли среди людей жить… А вот рыцарей, донов, значит, ваших — одного в скорпиона превратили, а другому повезло — в кролика… И вас бы, моя хорошая, превратили бы в какую-нибудь курицу, если бы не я… А теперь садитесь на меня по старой памяти — и домой. А то папенька ваш ругаться будут, казнит еще кого-нибудь сгоряча.
— Нет уж! — решительно сказала Таня, вытирая остатки слез. — Надо рыцарей выручать — они меня сколько раз спасали… Борька молча схватился за голову, но по, прежнему опыту знал, что спорить с Таней невозможно — можно плётки отведать.
Было темно и страшно. Борька с принцессой упорно шли вперёд, чем дальше, тем медленнее — страх усиливался, а Танино упрямство ослабевало. Вдруг, гремя цепью, из-под лежащего камня выполз крокодил. Глаза его светились в темноте, как два фонарика, и огромные белые зубы задумчиво скрипели. Было, конечно, страшно, но Таня и Борька уже так натерпелись страха, что бояться дальше сил у них не было. — Грызть я вас не буду… — хрипло сказал крокодил, — Потому что среди вас есть принцесса… Принцесса, если ты пойдёшь дальше, и себя погубишь, и не поможешь никому. Садись на меня, и я отвезу тебя туда, где есть Сила, которая поможет тебе и всем нам, безвинно превращённым. — Без Борьки никуда не поеду! — заявила Таня, — Ладно, садитесь оба — мне все равно, — ответил крокодил и подставил свою пупырчатую спину, звонким ударом челюсти перекусив цепь.
Пока они мчались под луной по холмистым лугам, крокодил рассказал, как самый старый и могучий из колдунов, объевшись белены, проболтался о Принцессином Холме — заколдованном месте, силой которого могут пользоваться лишь принцессы. Принцессе нужно было только уснуть на этом холме, и любой ее сон вскоре сбывался. Никакие чары не могли этому помешать.
А Таня почти ничего не слышала, она засыпала. И если бы Борька не поддерживал ее, она давно свалилась бы с крокодиловой спины. Когда они взобрались на заветный холм, никому не пришлось петь колыбельную песню — Таня уже спала, и снился ей сон…
Наутро холм, где спала принцесса (а они, как известно, рано просыпаться не любят), окружила огромная толпа народу — рыцари, в том числе дон Кост-Юм и дон Мак-Кинтош, любопытные девчонки и мальчишки и прочие искатели приключений, попавшие за последние триста лет в ловушку колдунов… Только Борька в коня обратно не превратился: видно, в Танином сне он так и остался человеком…

.




Похожие сказки: