Сказка про то как Бабе Яге и летучей мыше Асе скучно было



Глава первая

В большом дремучем лесу, где всегда было темно и страшно, притаилась поляна. На её зелёной траве яркой от красной брусники и оранжевых шляпок грибов стоял сказочный городок-королевство. Рядом с ним протекал журчащий ручей, который впадал в маленькое, круглое озеро. Там водились большие зеркальные карпы и быстрые пескари. На его дне жил толстый пузатый сом, а в прибрежных камышах таилась хищная щука.
Царство населяли разные зверюшки. Поросёнок Хрю и сорока-воровка «Связистка». Её так прозвали, потому что она всё обо всех знала и всем всё докладывала. Её так прозвали, потому что она всё обо всех знала и всем всё докладывала. Жил здесь и маленький пони Геракл. Почему и кто его так назвал никто и не знает. Обозвали его так, наверное, потому, что он был хоть и маленький, но зато самый большой в королевстве. На бога он был совсем не похож и силой не отличался, но ему это было всё равно. Геракл любил скакать по поляне и пить прохладную воду ручья. Были ещё и пушистые белки, они прыгали с ветки на ветку собирая кедровые орешки. Ловко обхватив лапками шишки, они носили их в свой дом-дупло. Но старая тётка сова по прозвищу Душка днём не бегала, не летала, а пряталась в тени вековых елей прикрыв круглые как блюдца глаза защищаясь от яркого солнца. Так было днём, а сейчас ночь и хлопая огромными глазищами она сидела на ветке старого дуба вспоминая себя в юности. А вот пёс Тузик, который должен был охранять, всё время спал, потому что охранять было нечего. Всё было ничьим, а вернее общим. У старой бабы Яги жил кот Мурзик. Он тоже должен был кое-что делать. Ловить мышей, например, но он их не ловил, а играл с ними. Все были добрыми и этого не скрывали. Только летучая мышь Ася притворялась злой и вредной. Она прилетела из другого королевства и пыталась по ночам всех пугать, но ночью все спали, даже Тузик. Жизнь в королевстве была тихой и скучной. Иногда, правда, три мышки Пи, Пью и Лю, пытались подраться из-за кусочка голландского сыра. Но его всегда хватало на всех и с избытком, и драка кончалась, не успев начаться.
Как в каждом приличном королевстве тут был и король. Маленький седой старичок с всклокоченной бородкой и веснушками на красном носу. Звали его «Умник Пятый». Он носил большую ярко-жёлтую мантию и золотистого цвета корону. Она была ему велика, не из золота, кривовата и еле держалась на лысой голове короля. Денег всегда не хватало и на настоящую корону из червонного золота с бриллиантами и всякими там изумрудами никак не собрать. По ночам он не спал и сидя за королевским столом, играл сам с собою в шашки. В его голову лезли разные умные мысли. О том, например как он совершит великий подвиг и о нём узнает всё лесное сообщество. И ему принесут подарки. Много заморского мороженного и настоящую царскую корону.
Пока царь сам себя обыгрывал в шашки, летучая мышь Ася вдоволь налетавшись и никого не испугав, решила посетить свою старую подругу бабу Ягу по прозвищу Клюква. Так её обзывали за скверный характер и красный платок, узел которого как пропеллер самолёта был у неё впереди, прям на загорелом лбу. Её избушка на курьих ножках стояла, переминаясь на самом краю поляны рядом со страшным лесом, в котором водились злые серые волки. Изба была огорожена редким, кривым частоколом. Приземлившись на крышу избушки Ася юркнула в печную трубу, свалилась в пепел старого камина и, взлетев вверх села перед носом Клюквы отряхиваясь от пыли.
Баба Яга перекрестилась в угол избы, где висела иконка и стукнула ногой по дощатому полу.
— Ну, ты Ася даёшь! Напугала старуху! А вообще-то стучаться надо. Вдруг у меня гости.
Она кокетливо посмотрелась в осколок зеркала, висевший на бревенчатой стене.
— Какие гости!? — Удивилась мышь. — Гость это я. Последний раз если мне не изменяет память, у тебя был леший из соседнего леса. Да и зашел-то он минут на пять чайку попить. Иль у тебя любовь? — Ася встрепенулась, стряхивая с себя остатки печного пепла. — Признавайся. — Она пискливо засмеялась и, взлетев, сделала пару кругов над головой бабы Яги.
— Яга, скучно живём как-то. Надо что-то придумать. Вот что только?
— Хватит летать. Присядь. А ты то, что думаешь?
Мышь закатила глаза вверх и почесала себя концом крыла.
— Придумала я! Войну надо начать. А то совсем страх потеряли. — Заявила Ася и расправив крылья повисла вниз головой на гвозде для сковородки прямо перед носом у старухи.
Клюква почесала за ухом и поставила на дровяную плиту старую всю в жирных подтёках кастрюлю.
— Ты прям как с луны свалилась!
— Не с луны я, а с чердака. — Мышь пошевелила круглыми ушами.
— Нет Ася. С Луны ты. Какая к чёрту война, если армии нет. И даже генерала нет, самого завалящего.
— Вот у тебя-то старая совсем нет! Это уж точно!
— Чего?
— Фантазии.
— А у тебя то она есть? Ты только летаешь и спишь. Где она эта твоя фантазия?
— Где, где? Вот здесь! — Мышь повертела маленькой головкой. — Генерала я найду. Есть тут в лесу один человек. Отшельником зовётся. Он тоже скучает и согласиться.
Избу несколько раз качнуло.
— Это, что? — Испугалась Ася.
— Не бойся. Это изба разминается. Будь ты на её месте, уже бы с ума сошла! Представляешь! Целыми сутками на одном месте стоять!
— Нет уж! Мне и на своём месте не плохо. Так на чём мы остановились? Ах да! На генерале!
— Хорошо. Генерала мы найдём. А как быть с армией?
Мышь взмахнула крылом.
— Мобилизуем всех!
— Это как это всех?! И меня тоже?! — Возмутилась Клюква и стала мешать в грязной кастрюле сушеных пауков.
Ася с прищуром смотрела на бабу Ягу.
— Нет. Не подходишь по возрасту. Тебя мы оставим в тылу. И прекрати ты мешать свою похлёбку. — Пропищала мышь.
— Это не похлёбка, а ядовитое зелье. — Яга подбросила в воду бледных поганок. — Так кого ты хочешь отправить на фронт?
Ася висела вниз головой будто заснула, а потом встрепенулась.
— Всех кроме тебя и себя.
— Да ну!? И царя тоже отправим?
Мышь наморщила складку на розовом носу.
— Его, пожалуй, оставим. Стар очень. Вот Тузика отправить надо, совсем обленился и твоего кота Мурзилыча. Кот, какой-то бессмысленный. Совсем мышей не ловит, а только поёт.
Яга косо взглянула на мышь.
— Ты это про себя? Обижаешься, что он тебя не ловит?
— Нет, меня это не касается. Я особенная. Я летучая. Это я про тех, кто по норам всё, да по норам.
Под столом послышался шорох, и показалась заспанная морда кота.
— Это что? Ты это меня хочешь отправить на фронт?
Мышь вспорхнула под притолок и села на вязанку сушёных грибов.
— Мурзик это я так, пошутила. Не обижайся.
— Смотри у меня! Ещё раз услышу, съем! — Кот зевнул и добавил. — А впрочем, я тоже могу пойти. Буду вам рыбу ловить.
Мышь запищала.
— Как же! Будешь ты ловить! Поймаешь и сам всё съешь. Знаем мы вашу породу.
— Будет вам ругаться-то! Иди спать мой золотой. — Яга наклонилась к коту и почесала его за ушком. — Никуда мы тебя не отправим. Успокойся и отдыхай. — Распрямив спину, она посмотрела на Асю. — Лети сюда. Мурзилкин тебя не тронет. Ну и кого ты ещё хочешь послать на войну?
Ася с опаской посмотрела на Мурзика и, не видя прямой угрозы, спустилась на крышку стола.
— О-о! Это я придумала в полёте. Бобра Кешу отправим. Он нам будет переправы делать и лес валить. Белок возьмём. Они нам будут припасы делать. Пошлём на войну и Геракла. Он нам будет грузы возить.
— Ты Ася умна, конечно. Вот только что нам царь скажет?
— Яга пошли к нему в гости. Он всё равно не спит. О короне мечтает. Я полечу вперёд. Подготовлю. А ты приходи чуть попозже.
— Лети. Ты прямо не мышь, а егоза какая-то.

Не долго думая, Ася влетела в камин и исчезла, так же как и появилась. На дворе была сказочная ночь. Ярко светили звезды, и молодой месяц гордо красовался на фоне чёрного неба.
Лететь было не далеко. Всего-то с десяток метров. Взмахнув перепончатыми крыльями мышь подлетела к крыше царского дома и юркнула в трубу.

Умник Пятый сидел за столом, пил чай с клубничным вареньем и забыв про приличия ковырял в носу. Ему было грустно и в шашки он не играл. Сделав очередной глоток чая, он прикрыл глаза, а когда открыл то с удивлением обнаружил, что уже не один, а в компании с летучей мышью. От удивления у него из пальцев выпала ложка.
— Это ты Ася?!
— А кто же ещё! Конечно я!
— А-а, что ты здесь делаешь?
— Я тебя сейчас просвещать буду. Ой! Вернее посвящать.
Царь облизнул губы и откинулся на спинку стула.
— Во что же ты собираешься меня посветить?
— У нас тут с бабой Ягой возник грандиозный план. Так как делать обитателям нашего царства всё равно нечего мы с ней решили затеять войну.
— Это с кем же? — Умник Пятый от удивления и напряжения мысли вспотел и капелька пота повисла у него на красном носу.
Ася села удобней облокотившись на банку с вареньем.
— Я как-то об этом не думала. — И пошевелила ушами. — Но ведь царь то у нас кто? Ты. Вот ты и думай. Может у тебя враги, какие есть?
Умник Пятый впал в меланхолию и прикрыл один глаз.
— К сожалению, нет у меня никаких врагов. Одни друзья.
— А ты вспомни.
Подняв к верху глаза, царь стал вспоминать, причмокивая губами.
— Быстрей давай. Скоро рассвет и нам нужно с утра всем сообщить о нашем решении.
— Почему это вашим, и почему это ты с бабой Ягой решаешь за меня такие вопросы?
— Вот ты хоть и Умник и даже Пятый, но никак не хочешь понять, что стараемся мы для тебя.
— А мне то что? Воевать я ни с кем не хочу. Мне и так хорошо.
— Нет! Плохо тебе. Во-первых, скучно, а во-вторых, у тебя нет приличной короны. Это у тебя что? — Мышь как пальцем указала концом крыла на голову царя.
— Корона это!
— Не смеши! Корона! Это секонд-хенд какой-то! Настоящую корону нужно добыть в бою! — Услышав шорох, она испуганно взлетела.
— Не бойся. Чёртовка это. — Царь нагнулся и вытащил из под стола маленькую чёрную собачку. Не желая вылезать, она тявкнула.
— Ну, наконец-то голос подала! Ты почему не лаешь когда в доме чужие?!
Собачка посмотрел на мышь и презрительно оскалила зубы.
— Не на кого лаять. На эту что ли? Уж больно мелка чтобы энергию тратить.
Когда-то Умнику Пятому подарили щенка и сказали что это собака-спасатель, породы «Водолаз». Этот водолаз рос, рос и вырос в этакую гавкучую дворняжку. На общем собрании королевства её дали другую породу. И сейчас она была «Водолайка». Она этим очень гордилась и при каждом удобном случае напоминала, что она уникальное создание природы и существует в единственном экземпляре.
Ася обиженно смотрела на собаку.
— Слушай, гигант ты малорослый, залезай лучше под стол и не мешай нам с царём планы строить.
— Стройте. А я пойду. — И Чертовка, важно подняв хвост, пошла к печке.
Только она скрылась, как послышался стук открываемой двери, и на пороге показалась баба Яга. Её губы были накрашены, от неё шёл аромат дешёвых духов, а на плечах висела пёстрая шаль. Она была вся в дырках и местами заштопана.
— Ты что это вырядилась? И чем это от тебя так воняет?
Яга обиженно хмыкнула крючковатым носом.
— От меня не воняет, а пахнет. — Она поднесла рукав к носу и понюхав добавила. — Говорят из Парижа. Обменяла на ведро черники.
— Умница. Так ты, по какому поводу пришла-то?
— Тебе Ася, что ничего не сказала!?
— Сказала. Только вот врагов мы никак не можем найти. Может ты поможешь?
Кряхтя, старуха села на скрипучий табурет.
— А я уже знаю кто у тебя враг.
— Кто? — Удивился царь.
— Король «Мудрец Третий»!
«Умник Пятый» ещё больше удивился.
— Какой же он враг? Он мне вчера зимнюю шапку прислал. На вот посмотри. — И царь полез на печку.
— Не трудись. Я же тебе сказала, что враг он! Какой друг будет присылать зимнюю шапку летом!? Ты подумал?
Царь в задумчивости слез с печки и молча сел на кровать.
— Да, Яга. Умная ты всё-таки женщина. И как я сам не догадался?
— А тут и гадать не нужно. Собирай войско и всё.
— Х-м! Войско! А где его взять-то?
Клюква встала и прошлась по скрипучему полу, на ходу посмотрев в висевшее на стене зеркало.
— Войско мы тебе соберем. Проблема с оружием.
Мышь, молчавшая до сих пор и жующая крошку хлеба, открыла рот.
— У меня есть оружие.
Царь и баба Яга в изумлении посмотрели на Асю.
— Откуда?
— Связистка где-то спёрла. Автомат Калашникова. Он у меня на чердаке валяется. Игрушечный правда, но очень похож на настоящий. Банк можно грабить.
Баба Яга посмотрела на неё с восторгом.
— Ну, ты Ася даёшь! Вот от тебя никак не ожидала!
Мышь с достоинством покрутила хвостом и нахально полезла в банку с вареньем, а Умник Пятый от удивления поперхнулся и начал кашлять.
— К-хе! К-хе! Но ведь с игрушечным автоматом начинать войну как-то несерьёзно. — Промямлил царь. — Нужно найти что-то стреляющее по настоящему.
— А зачем? — Клюква села напротив царя. — Сейчас много чего делают не по-настоящему. Даже в микрофон поют и то понарошку. Только рот открывают. Прямо как рыбы.
— Это ж на сцене. А то война!
— Да какая нам разница. Мы может, и стрелять-то не будем. Попугаем нам и так всё отдадут.
Мышь, кончив жевать, взлетела под потолок.
— Хватит вам препираться. Умник ты согласен или нет?
Царь снял корону и, рассматривая ее, повертел в разные стороны.
— Я как бы и согласен. Но нужно узнать мнение публики. Давайте утра дождёмся.
— Божешь-ты мой! Царь ты или кто?
Умник Пятый смутился.
— Я конечно царь. Но без согласия звериного народа как-то не очень удобно. Давайте на всякий случай спросим.
Баба Яга встала и направилась к двери.
— Пойдём Ася. Владыка наш какой-то беспомощный. До утра остался час с хвостиком, и я думаю, что всем жителям царства без войны скучно, и они за неё проголосуют.

Глава последняя

Рассвет едва наступил, а летучая мышь успела уже смотаться к отшельнику Демиду. Пытаясь его привлечь на сторону войска, которого пока ещё не было она наобещала ему золотые горы и молочные реки. Но Демид был упрям. На войну идти не хотел и сказал огорченной Асе, что своё отвоевал и это занятие ему давно встало поперёк горла. Потратив на отшельника целых два часа, Ася полетела к Связистке сообщить ей потрясающую новость. Они как бы поменялись местами. Сплетничала как обычно не сорока, а ушастая мышь.
Связистка сидела на своей любимой ветке рядом с гнездом и дремала. За весь прошлый день она сделала уйму всевозможных дел. Успела поссорить корову с поросёнком, украсть у грибника перочинный ножик и притащить к себе. Это трудное дело было неимоверной тяжести. Нож весил много и чтобы его доставить в гнездо, сороке пришлось сильно потрудиться. Потом она летала к бобру Кеше и договаривалась с ним о поставке в царский дом свежей рыбы. Моталась она по королевству целый день, весь вечер и начало ночи. Сейчас она спала и видела дивный сон. Будто сам Умник Пятый вручал ей большую медаль и огромную миску розовых червей за заслуги перед царством.
Проснулась она оттого, что почуяла присутствие мыши. Открыла глаз, распушила чёрные красивые перья, выставила белую грудку и сделав недовольный вид посмотрела на краденные в прошлый четверг часы с кожаным ремешком.
— Аська ты, что в такую рань? Почему не спиться?
— Я летучая мышь. — С гордостью заявила та. — И по ночам спать не люблю. И вообще я к тебе воровка по делу. Просыпайся и начинай облёт всех жителей царства.
— Это зачем? — Насторожилась Связистка.
— А за тем, что мы начинаем войну с соседним королевством. С Мудрецом Третьим.
Сорока удивлённо покрутила головой и удобней села на ветке.
— Вы что там с ума посходили? Мудрец, по-моему, хороший старик. Добрый. Вчера мне пол краюхи хлеба дал.
— Зато он подарил нашему умнику зимнюю шапку.
— Я же тебе и говорю. Очень сердечный мужик.
Мышь возмущённо пошевелила большими ушами.
— Ты что не понимаешь? Зимнюю шапку летом никто не дарит. Это нонсенс!
— А что такое нонсенс?
— Это такая непонятная штука, которая ни к чему хорошему не приводит, а только жить мешает. — Ася задумалась, а потом, взмахнув крыльями возмутилась. — Что ты меня путаешь! Я тебе о деле говорю, а ты со своими дурацкими вопросами! Слушай меня. Прямо сейчас лети и сообщи всем жителям царства, что в полдень на главной поляне будет важное собрание.
Глава первая

В большом дремучем лесу, где всегда было темно и страшно, притаилась поляна. На её зелёной траве яркой от красной брусники и оранжевых шляпок грибов стоял сказочный городок-королевство. Рядом с ним протекал журчащий ручей, который впадал в маленькое, круглое озеро. Там водились большие зеркальные карпы и быстрые пескари. На его дне жил толстый пузатый сом, а в прибрежных камышах таилась хищная щука.
Царство населяли разные зверюшки. Поросёнок Хрю и сорока-воровка «Связистка». Её так прозвали, потому что она всё обо всех знала и всем всё докладывала. Жил здесь и маленький пони Геракл. Почему и кто его так назвал никто и не знает. Обозвали его так, наверное, потому, что он был хоть и маленький, но зато самый большой в королевстве. На бога он был совсем не похож и силой не отличался, но ему это было всё равно. Геракл любил скакать по поляне и пить прохладную воду ручья. Были ещё и пушистые белки, они прыгали с ветки на ветку собирая кедровые орешки. Ловко обхватив лапками шишки, они носили их в свой дом-дупло. Но старая тётка сова по прозвищу Душка днём не бегала, не летала, а пряталась в тени вековых елей прикрыв круглые как блюдца глаза защищаясь от яркого солнца. Так было днём, а сейчас ночь и хлопая огромными глазищами она сидела на ветке старого дуба вспоминая себя в юности. А вот пёс Тузик, который должен был охранять, всё время спал, потому что охранять было нечего. Всё было ничьим, а вернее общим. У старой бабы Яги жил кот Мурзик. Он тоже должен был кое-что делать. Ловить мышей, например, но он их не ловил, а играл с ними. Все были добрыми и этого не скрывали. Только летучая мышь Ася притворялась злой и вредной. Она прилетела из другого королевства и пыталась по ночам всех пугать, но ночью все спали, даже Тузик. Жизнь в королевстве была тихой и скучной. Иногда, правда, три мышки Пи, Пью и Лю, пытались подраться из-за кусочка голландского сыра. Но его всегда хватало на всех и с избытком, и драка кончалась, не успев начаться.
Как в каждом приличном королевстве тут был и король. Маленький седой старичок с всклокоченной бородкой и веснушками на красном носу. Звали его «Умник Пятый». Он носил большую ярко-жёлтую мантию и золотистого цвета корону. Она была ему велика, не из золота, кривовата и еле держалась на лысой голове короля. Денег всегда не хватало и на настоящую корону из червонного золота с бриллиантами и всякими там изумрудами никак не собрать. По ночам он не спал и сидя за королевским столом, играл сам с собою в шашки. В его голову лезли разные умные мысли. О том, например как он совершит великий подвиг и о нём узнает всё лесное сообщество. И ему принесут подарки. Много заморского мороженного и настоящую царскую корону.
Пока царь сам себя обыгрывал в шашки, летучая мышь Ася вдоволь налетавшись и никого не испугав, решила посетить свою старую подругу бабу Ягу по прозвищу Клюква. Так её обзывали за скверный характер и красный платок, узел которого как пропеллер самолёта был у неё впереди, прям на загорелом лбу. Её избушка на курьих ножках стояла, переминаясь на самом краю поляны рядом со страшным лесом, в котором водились злые серые волки. Изба была огорожена редким, кривым частоколом. Приземлившись на крышу избушки Ася юркнула в печную трубу, свалилась в пепел старого камина и, взлетев вверх села перед носом Клюквы отряхиваясь от пыли.
Баба Яга перекрестилась в угол избы, где висела иконка и стукнула ногой по дощатому полу.
— Ну, ты Ася даёшь! Напугала старуху! А вообще-то стучаться надо. Вдруг у меня гости.
Она кокетливо посмотрелась в осколок зеркала, висевший на бревенчатой стене.
— Какие гости!? — Удивилась мышь. — Гость это я. Последний раз если мне не изменяет память, у тебя был леший из соседнего леса. Да и зашел-то он минут на пять чайку попить. Иль у тебя любовь? — Ася встрепенулась, стряхивая с себя остатки печного пепла. — Признавайся. — Она пискливо засмеялась и, взлетев, сделала пару кругов над головой бабы Яги.
— Яга, скучно живём как-то. Надо что-то придумать. Вот что только?
— Хватит летать. Присядь. А ты то, что думаешь?
Мышь закатила глаза вверх и почесала себя концом крыла.
— Придумала я! Войну надо начать. А то совсем страх потеряли. — Заявила Ася и расправив крылья повисла вниз головой на гвозде для сковородки прямо перед носом у старухи.
Клюква почесала за ухом и поставила на дровяную плиту старую всю в жирных подтёках кастрюлю.
— Ты прям как с луны свалилась!
— Не с луны я, а с чердака. — Мышь пошевелила круглыми ушами.
— Нет Ася. С Луны ты. Какая к чёрту война, если армии нет. И даже генерала нет, самого завалящего.
— Вот у тебя-то старая совсем нет! Это уж точно!
— Чего?
— Фантазии.
— А у тебя то она есть? Ты только летаешь и спишь. Где она эта твоя фантазия?
— Где, где? Вот здесь! — Мышь повертела маленькой головкой. — Генерала я найду. Есть тут в лесу один человек. Отшельником зовётся. Он тоже скучает и согласиться.
Избу несколько раз качнуло.
— Это, что? — Испугалась Ася.
— Не бойся. Это изба разминается. Будь ты на её месте, уже бы с ума сошла! Представляешь! Целыми сутками на одном месте стоять!
— Нет уж! Мне и на своём месте не плохо. Так на чём мы остановились? Ах да! На генерале!
— Хорошо. Генерала мы найдём. А как быть с армией?
Мышь взмахнула крылом.
— Мобилизуем всех!
— Это как это всех?! И меня тоже?! — Возмутилась Клюква и стала мешать в грязной кастрюле сушеных пауков.
Ася с прищуром смотрела на бабу Ягу.
— Нет. Не подходишь по возрасту. Тебя мы оставим в тылу. И прекрати ты мешать свою похлёбку. — Пропищала мышь.
— Это не похлёбка, а ядовитое зелье. — Яга подбросила в воду бледных поганок. — Так кого ты хочешь отправить на фронт?
Ася висела вниз головой будто заснула, а потом встрепенулась.
— Всех кроме тебя и себя.
— Да ну!? И царя тоже отправим?
Мышь наморщила складку на розовом носу.
— Его, пожалуй, оставим. Стар очень. Вот Тузика отправить надо, совсем обленился и твоего кота Мурзилыча. Кот, какой-то бессмысленный. Совсем мышей не ловит, а только поёт.
Яга косо взглянула на мышь.
— Ты это про себя? Обижаешься, что он тебя не ловит?
— Нет, меня это не касается. Я особенная. Я летучая. Это я про тех, кто по норам всё, да по норам.
Под столом послышался шорох, и показалась заспанная морда кота.
— Это что? Ты это меня хочешь отправить на фронт?
Мышь вспорхнула под притолок и села на вязанку сушёных грибов.
— Мурзик это я так, пошутила. Не обижайся.
— Смотри у меня! Ещё раз услышу, съем! — Кот зевнул и добавил. — А впрочем, я тоже могу пойти. Буду вам рыбу ловить.
Мышь запищала.
— Как же! Будешь ты ловить! Поймаешь и сам всё съешь. Знаем мы вашу породу.
— Будет вам ругаться-то! Иди спать мой золотой. — Яга наклонилась к коту и почесала его за ушком. — Никуда мы тебя не отправим. Успокойся и отдыхай. — Распрямив спину, она посмотрела на Асю. — Лети сюда. Мурзилкин тебя не тронет. Ну и кого ты ещё хочешь послать на войну?
Ася с опаской посмотрела на Мурзика и, не видя прямой угрозы, спустилась на крышку стола.
— О-о! Это я придумала в полёте. Бобра Кешу отправим. Он нам будет переправы делать и лес валить. Белок возьмём. Они нам будут припасы делать. Пошлём на войну и Геракла. Он нам будет грузы возить.
— Ты Ася умна, конечно. Вот только что нам царь скажет?
— Яга пошли к нему в гости. Он всё равно не спит. О короне мечтает. Я полечу вперёд. Подготовлю. А ты приходи чуть попозже.
— Лети. Ты прямо не мышь, а егоза какая-то.

Не долго думая, Ася влетела в камин и исчезла, так же как и появилась. На дворе была сказочная ночь. Ярко светили звезды, и молодой месяц гордо красовался на фоне чёрного неба.
Лететь было не далеко. Всего-то с десяток метров. Взмахнув перепончатыми крыльями мышь подлетела к крыше царского дома и юркнула в трубу.

Умник Пятый сидел за столом, пил чай с клубничным вареньем и забыв про приличия ковырял в носу. Ему было грустно и в шашки он не играл. Сделав очередной глоток чая, он прикрыл глаза, а когда открыл то с удивлением обнаружил, что уже не один, а в компании с летучей мышью. От удивления у него из пальцев выпала ложка.
— Это ты Ася?!
— А кто же ещё! Конечно я!
— А-а, что ты здесь делаешь?
— Я тебя сейчас просвещать буду. Ой! Вернее посвящать.
Царь облизнул губы и откинулся на спинку стула.
— Во что же ты собираешься меня посветить?
— У нас тут с бабой Ягой возник грандиозный план. Так как делать обитателям нашего царства всё равно нечего мы с ней решили затеять войну.
— Это с кем же? — Умник Пятый от удивления и напряжения мысли вспотел и капелька пота повисла у него на красном носу.
Ася села удобней облокотившись на банку с вареньем.
— Я как-то об этом не думала. — И пошевелила ушами. — Но ведь царь то у нас кто? Ты. Вот ты и думай. Может у тебя враги, какие есть?
Умник Пятый впал в меланхолию и прикрыл один глаз.
— К сожалению, нет у меня никаких врагов. Одни друзья.
— А ты вспомни.
Подняв к верху глаза, царь стал вспоминать, причмокивая губами.
— Быстрей давай. Скоро рассвет и нам нужно с утра всем сообщить о нашем решении.
— Почему это вашим, и почему это ты с бабой Ягой решаешь за меня такие вопросы?
— Вот ты хоть и Умник и даже Пятый, но никак не хочешь понять, что стараемся мы для тебя.
— А мне то что? Воевать я ни с кем не хочу. Мне и так хорошо.
— Нет! Плохо тебе. Во-первых, скучно, а во-вторых, у тебя нет приличной короны. Это у тебя что? — Мышь как пальцем указала концом крыла на голову царя.
— Корона это!
— Не смеши! Корона! Это секонд-хенд какой-то! Настоящую корону нужно добыть в бою! — Услышав шорох, она испуганно взлетела.
— Не бойся. Чёртовка это. — Царь нагнулся и вытащил из под стола маленькую чёрную собачку. Не желая вылезать, она тявкнула.
— Ну, наконец-то голос подала! Ты почему не лаешь когда в доме чужие?!
Собачка посмотрел на мышь и презрительно оскалила зубы.
— Не на кого лаять. На эту что ли? Уж больно мелка чтобы энергию тратить.
Когда-то Умнику Пятому подарили щенка и сказали что это собака-спасатель, породы «Водолаз». Этот водолаз рос, рос и вырос в этакую гавкучую дворняжку. На общем собрании королевства её дали другую породу. И сейчас она была «Водолайка». Она этим очень гордилась и при каждом удобном случае напоминала, что она уникальное создание природы и существует в единственном экземпляре.
Ася обиженно смотрела на собаку.
— Слушай, гигант ты малорослый, залезай лучше под стол и не мешай нам с царём планы строить.
— Стройте. А я пойду. — И Чертовка, важно подняв хвост, пошла к печке.
Только она скрылась, как послышался стук открываемой двери, и на пороге показалась баба Яга. Её губы были накрашены, от неё шёл аромат дешёвых духов, а на плечах висела пёстрая шаль. Она была вся в дырках и местами заштопана.
— Ты что это вырядилась? И чем это от тебя так воняет?
Яга обиженно хмыкнула крючковатым носом.
— От меня не воняет, а пахнет. — Она поднесла рукав к носу и понюхав добавила. — Говорят из Парижа. Обменяла на ведро черники.
— Умница. Так ты, по какому поводу пришла-то?
— Тебе Ася, что ничего не сказала!?
— Сказала. Только вот врагов мы никак не можем найти. Может ты поможешь?
Кряхтя, старуха села на скрипучий табурет.
— А я уже знаю кто у тебя враг.
— Кто? — Удивился царь.
— Король «Мудрец Третий»!
«Умник Пятый» ещё больше удивился.
— Какой же он враг? Он мне вчера зимнюю шапку прислал. На вот посмотри. — И царь полез на печку.
— Не трудись. Я же тебе сказала, что враг он! Какой друг будет присылать зимнюю шапку летом!? Ты подумал?
Царь в задумчивости слез с печки и молча сел на кровать.
— Да, Яга. Умная ты всё-таки женщина. И как я сам не догадался?
— А тут и гадать не нужно. Собирай войско и всё.
— Х-м! Войско! А где его взять-то?
Клюква встала и прошлась по скрипучему полу, на ходу посмотрев в висевшее на стене зеркало.
— Войско мы тебе соберем. Проблема с оружием.
Мышь, молчавшая до сих пор и жующая крошку хлеба, открыла рот.
— У меня есть оружие.
Царь и баба Яга в изумлении посмотрели на Асю.
— Откуда?
— Связистка где-то спёрла. Автомат Калашникова. Он у меня на чердаке валяется. Игрушечный правда, но очень похож на настоящий. Банк можно грабить.
Баба Яга посмотрела на неё с восторгом.
— Ну, ты Ася даёшь! Вот от тебя никак не ожидала!
Мышь с достоинством покрутила хвостом и нахально полезла в банку с вареньем, а Умник Пятый от удивления поперхнулся и начал кашлять.
— К-хе! К-хе! Но ведь с игрушечным автоматом начинать войну как-то несерьёзно. — Промямлил царь. — Нужно найти что-то стреляющее по настоящему.
— А зачем? — Клюква села напротив царя. — Сейчас много чего делают не по-настоящему. Даже в микрофон поют и то понарошку. Только рот открывают. Прямо как рыбы.
— Это ж на сцене. А то война!
— Да какая нам разница. Мы может, и стрелять-то не будем. Попугаем нам и так всё отдадут.
Мышь, кончив жевать, взлетела под потолок.
— Хватит вам препираться. Умник ты согласен или нет?
Царь снял корону и, рассматривая ее, повертел в разные стороны.
— Я как бы и согласен. Но нужно узнать мнение публики. Давайте утра дождёмся.
— Божешь-ты мой! Царь ты или кто?
Умник Пятый смутился.
— Я конечно царь. Но без согласия звериного народа как-то не очень удобно. Давайте на всякий случай спросим.
Баба Яга встала и направилась к двери.
— Пойдём Ася. Владыка наш какой-то беспомощный. До утра остался час с хвостиком, и я думаю, что всем жителям царства без войны скучно, и они за неё проголосуют.

Глава последняя

Рассвет едва наступил, а летучая мышь успела уже смотаться к отшельнику Демиду. Пытаясь его привлечь на сторону войска, которого пока ещё не было она наобещала ему золотые горы и молочные реки. Но Демид был упрям. На войну идти не хотел и сказал огорченной Асе, что своё отвоевал и это занятие ему давно встало поперёк горла. Потратив на отшельника целых два часа, Ася полетела к Связистке сообщить ей потрясающую новость. Они как бы поменялись местами. Сплетничала как обычно не сорока, а ушастая мышь.
Связистка сидела на своей любимой ветке рядом с гнездом и дремала. За весь прошлый день она сделала уйму всевозможных дел. Успела поссорить корову с поросёнком, украсть у грибника перочинный ножик и притащить к себе. Это трудное дело было неимоверной тяжести. Нож весил много и чтобы его доставить в гнездо, сороке пришлось сильно потрудиться. Потом она летала к бобру Кеше и договаривалась с ним о поставке в царский дом свежей рыбы. Моталась она по королевству целый день, весь вечер и начало ночи. Сейчас она спала и видела дивный сон. Будто сам Умник Пятый вручал ей большую медаль и огромную миску розовых червей за заслуги перед царством.
Проснулась она оттого, что почуяла присутствие мыши. Открыла глаз, распушила чёрные красивые перья, выставила белую грудку и сделав недовольный вид посмотрела на краденные в прошлый четверг часы с кожаным ремешком.
— Аська ты, что в такую рань? Почему не спиться?
— Я летучая мышь. — С гордостью заявила та. — И по ночам спать не люблю. И вообще я к тебе воровка по делу. Просыпайся и начинай облёт всех жителей царства.
— Это зачем? — Насторожилась Связистка.
— А за тем, что мы начинаем войну с соседним королевством. С Мудрецом Третьим.
Сорока удивлённо покрутила головой и удобней села на ветке.
— Вы что там с ума посходили? Мудрец, по-моему, хороший старик. Добрый. Вчера мне пол краюхи хлеба дал.
— Зато он подарил нашему умнику зимнюю шапку.
— Я же тебе и говорю. Очень сердечный мужик.
Мышь возмущённо пошевелила большими ушами.
— Ты что не понимаешь? Зимнюю шапку летом никто не дарит. Это нонсенс!
— А что такое нонсенс?
— Это такая непонятная штука, которая ни к чему хорошему не приводит, а только жить мешает. — Ася задумалась, а потом, взмахнув крыльями возмутилась. — Что ты меня путаешь! Я тебе о деле говорю, а ты со своими дурацкими вопросами! Слушай меня. Прямо сейчас лети и сообщи всем жителям царства, что в полдень на главной поляне будет важное собрание.
— А про войну сообщать?
— Что спрашиваешь? Ты всё равно всем всё расскажешь.

Ровно в полдень на ярко-зеленой поляне поросшей васильками и одуванчиками собрался звериный народ. Все конечно уже всё знали. Про то, что будет война и им от этого станет жить намного веселее. В воздухе летало радостное возбуждение, и над поляной стоял лёгкий гул звериных голосов. Все ждали владыку. Царя «Умника Пятого». Для него был приготовлен высокий подиум, наспех сколоченный из сухих толстых веток. Над ним возвышался шатер, увитый плющём и украшенный яркими цветами. А под шатром в самом центре стоял тёмного цвета старый дубовый трон.
Наконец появился и царь. Звериный люд встретил его гавканьем, хрюканьем и воем. Умник Пятый вышел важно с загадочным выражением на лице. На нём была одета новая, красная с жёлтым подбивом пятнистая мантия. Он её надевал редко, только в торжественных случаях. Рядом с ним опираясь на кривую трость, шла баба Яга. На её лице не было никакой загадочности. Только озабоченность.
Царь сел на трон и какофония из множества голосов вспыхнула с новой силой. Летучая мышь Ася пытаясь перекричать толпу летала как сумасшедшая над головами собравшихся и пищала, что есть мочи.
— Молчите! Дайте царю слова!
Но её вопли мало кто слышал. Все были заняты криком и созерцанием владыки.
Умник Пятый поднял руку и постепенно всё стихло.
— Дорогие сограждане! — Начал царь. — Я хочу вам сообщить одну важную для вас весть!
Все опять загалдели, и сквозь этот шум послышался возглас.
— Да знаем мы всё! Ура!
Царь от неожиданности опешил.
— Как!? Откуда!?
И все в один голос заорали, что они согласны ради веселья идти не только на войну, а готовы сами попасть в капкан или даже в силок залезть.
— Ура наиумнейшему и самому просвещенному государю на свете! — Хором орала толпа. — Ура самому доброму и знаменитому правителю всех народов!
Умник Пятый подошёл ближе к прыгающим животным.
— Так вы согласны!?
В ответ он услышал дикий вопль восторга, и крупная слеза радости покатилась по его бородатой щеке.
Постепенно всем надоело прыгать, скакать и орать. Все притихли, и в воцарившейся тишине раздался слабый голос. Это был маленький серый зайчик Вова.
— А как же мы будем стрелять? У нас же пальцев нет!
Раскрасневшийся от возбуждения царь, хотевший что-то сказать так и остался стоять с раскрытым ртом. А баба Яга, мечтавшая о чине фельдмаршала, зашипела на Вову.
— Ты это брось умничать, еретик! Мал ещё!
Умник Пятый подошёл к трону и сел вытирая пот со лба.
— А ведь он прав. Кто будет нажимать на курок, если припрёт? У нас даже облезлой обезьяны нет! Пальцы ведь есть только у меня, да у бабы Яги. — И тихо, обращаясь к старухе, добавил. — Ты ведь на фронт не пойдёшь?
— Ты что?! Совсем с ума сошёл?!
Звериная публика стояла и с нескрываемой досадой ждала, что скажет властитель. Их разочарованию не было предела.
Сорока Связистка открыла клюв и застрекотала во весь голос.
— А как хорошо всё начиналось! Вот беда-то, какая! — Она взлетела и, сделав круг над толпой заорала. — Беда пришла! Не будет войны! Только люди стрелять умеют!
Умник Пятый снова встал и помахав над головой руками закричал пытая перебить сороку.
— Всё! Успокойтесь! Будет вам радость! За беспокойство вам всем сегодня подарки!
Постояв и немного пошумев, звериная публика стала расходиться. В расстройстве ушла и баба Яга. Стать военачальником ей не удалось.

Царь пришёл к себе во дворец сел на большую мягкую кровать, а потом встал и подошёл к зеркалу. Потрогал пальцем корону. Она съехала на бок и остановилась уперевшись в оттопыренное ухо.
— Да и зачем нам вообще воевать? Из-за головного убора? По-моему и эта не так и плоха. Великовата правда, но я может быть ещё подрасту.
Он сел за стол, взял банку с черничным вареньем, ложку и, зачерпнув побольше поднёс к губам. И улыбнулся.

Так закончилась не начавшаяся война во имя короны и фельдмаршальского жезла. И в лесном царстве вновь наступила тишь и благодать.

А про войну сообщать?
— Что спрашиваешь? Ты всё равно всем всё расскажешь.

Ровно в полдень на ярко-зеленой поляне поросшей васильками и одуванчиками собрался звериный народ. Все конечно уже всё знали. Про то, что будет война и им от этого станет жить намного веселее. В воздухе летало радостное возбуждение, и над поляной стоял лёгкий гул звериных голосов. Все ждали владыку. Царя «Умника Пятого». Для него был приготовлен высокий подиум, наспех сколоченный из сухих толстых веток. Над ним возвышался шатер, увитый плющём и украшенный яркими цветами. А под шатром в самом центре стоял тёмного цвета старый дубовый трон.
Наконец появился и царь. Звериный люд встретил его гавканьем, хрюканьем и воем. Умник Пятый вышел важно с загадочным выражением на лице. На нём была одета новая, красная с жёлтым подбивом пятнистая мантия. Он её надевал редко, только в торжественных случаях. Рядом с ним опираясь на кривую трость, шла баба Яга. На её лице не было никакой загадочности. Только озабоченность.
Царь сел на трон и какофония из множества голосов вспыхнула с новой силой. Летучая мышь Ася пытаясь перекричать толпу летала как сумасшедшая над головами собравшихся и пищала, что есть мочи.
— Молчите! Дайте царю слова!
Но её вопли мало кто слышал. Все были заняты криком и созерцанием владыки.
Умник Пятый поднял руку и постепенно всё стихло.
— Дорогие сограждане! — Начал царь. — Я хочу вам сообщить одну важную для вас весть!
Все опять загалдели, и сквозь этот шум послышался возглас.
— Да знаем мы всё! Ура!
Царь от неожиданности опешил.
— Как!? Откуда!?
И все в один голос заорали, что они согласны ради веселья идти не только на войну, а готовы сами попасть в капкан или даже в силок залезть.
— Ура наиумнейшему и самому просвещенному государю на свете! — Хором орала толпа. — Ура самому доброму и знаменитому правителю всех народов!
Умник Пятый подошёл ближе к прыгающим животным.
— Так вы согласны!?
В ответ он услышал дикий вопль восторга, и крупная слеза радости покатилась по его бородатой щеке.
Постепенно всем надоело прыгать, скакать и орать. Все притихли, и в воцарившейся тишине раздался слабый голос. Это был маленький серый зайчик Вова.
— А как же мы будем стрелять? У нас же пальцев нет!
Раскрасневшийся от возбуждения царь, хотевший что-то сказать так и остался стоять с раскрытым ртом. А баба Яга, мечтавшая о чине фельдмаршала, зашипела на Вову.
— Ты это брось умничать, еретик! Мал ещё!
Умник Пятый подошёл к трону и сел вытирая пот со лба.
— А ведь он прав. Кто будет нажимать на курок, если припрёт? У нас даже облезлой обезьяны нет! Пальцы ведь есть только у меня, да у бабы Яги. — И тихо, обращаясь к старухе, добавил. — Ты ведь на фронт не пойдёшь?
— Ты что?! Совсем с ума сошёл?!
Звериная публика стояла и с нескрываемой досадой ждала, что скажет властитель. Их разочарованию не было предела.
Сорока Связистка открыла клюв и застрекотала во весь голос.
— А как хорошо всё начиналось! Вот беда-то, какая! — Она взлетела и, сделав круг над толпой заорала. — Беда пришла! Не будет войны! Только люди стрелять умеют!
Умник Пятый снова встал и помахав над головой руками закричал пытая перебить сороку.
— Всё! Успокойтесь! Будет вам радость! За беспокойство вам всем сегодня подарки!
Постояв и немного пошумев, звериная публика стала расходиться. В расстройстве ушла и баба Яга. Стать военачальником ей не удалось.

Царь пришёл к себе во дворец сел на большую мягкую кровать, а потом встал и подошёл к зеркалу. Потрогал пальцем корону. Она съехала на бок и остановилась уперевшись в оттопыренное ухо.
— Да и зачем нам вообще воевать? Из-за головного убора? По-моему и эта не так и плоха. Великовата правда, но я может быть ещё подрасту.
Он сел за стол, взял банку с черничным вареньем, ложку и, зачерпнув побольше поднёс к губам. И улыбнулся.

Так закончилась не начавшаяся война во имя короны и фельдмаршальского жезла. И в лесном царстве вновь наступила тишь и благодать.

.




Похожие сказки: