Мард и Намард



Как-то раз шел человек по пустынной дороге. Одежда его была в пыли, босые ноги сбиты в кровь, спутанные космы свешивались на лоб. А из-под них сверкали маленькие и злые глазки.
Вдруг человек остановился и прислушался. Лицо его сморщилось, сам он пригнулся и отбежал к краю дороги: где-то далеко-далеко в горах зазвенела песня. Голос певца разливался вольно и сладко.
Вот песня вырвалась из гор. Обернулся человек – и увидел молодого прекрасного всадника. Обернулся человек – и увидел молодого прекрасного всадника.
Всадник был весел. Радостно глядел он на все, что было вокруг, и ласково поглаживал своего коня между ушами.
Поровнявшись с пешим, он остановился и спросил:
– Далеко ли путь держишь, странник, да будут благословенны дни твоей жизни!
– Далек мой путь, – тихо ответил пеший, взглянув на всадника.
– А ты кто такой, не певец ли?
Всадник улыбнулся и, сверкнув глазами, ответил:
– Я Мард.
– А-а-а… – протянул пеший. – Ну, если ты Мард, то я Намард…
Мард посмеялся ответу. Потом взглянул на сбитые ноги Намарда и предложил:
– Мы теперь попутчики, а дорога у нас дальняя. Не хочешь ли сесть на моего коня? Ведь ты устал!
Намард, спрятав злую улыбку, согласился и сел на коня. А Мард пошел рядом, держась за стремя. Он шел и напевал.
Тихо пел Мард и не ведал, какие черные мысли таятся в голове у Намарда. Вдруг Намард остановил лошадь и, обернувшись к Марду, сказал:
– Видишь вон тот цветок у обочины?
– Да.
– Этот цветок дает силу любви. Сорви его!
– Ты говоришь правду?
– Зачем же мне тебя обманывать? – ответил Намард, сделав обиженное лицо.
Мард отпустил стремя, пошел к цветку. В тот же миг Намард хлестнул коня и, припав к его шее, помчался вперед.
– Остановись! – закричал Мард, но в ответ только эхо захохотало в горах.
Все дальше и дальше удалялся Намард и вскоре превратился в маленькую чуть видную точку. Опустился Мард на землю и горько задумался: "Хотел помочь человеку, а вышло вот что…"Но был он человеком веселым и никогда не унывающим. А потом, погоревав недолго, Мард встал и пошел в горы искать место для ночлега.
К этому времени пламя заката погасло, небо грозно нахмурилось и сильный ветер задул с гор, такой сильный, что Мард едва не валился с ног.
Вокруг – ни души. Марду стало страшно. А тут еще гром грянул, раздирая в клочья темное небо.
Мард ускорил шаги и в кромешной мгле добрался до огромной пещеры. Едва он вошел в нее, как хлынул страшный ливень.
Озябший Мард, забившись в дальний угол пещеры, пытался согреться.
«Вот посижу немного, а потом и костер разведу», – думал он, пытаясь согреть дыханием окоченевшие пальцы.
Но только собрался Мард выйти из пещеры, чтоб набрать хворосту, как услышал рычание, и у входа в пещеру показалась пара зеленых глаз.
– О великий аллах, спаси меня! – прошептал Мард. Он увидел, что глаза эти принадлежали огромному тигру.
Тигр понюхал воздух, зевнул и лег у входа, положив свою страшную голову на могучие лапы. Так он лежал долго, то выпуская, то пряча огромные острые когти.
Но вот через некоторое время к тигру подошел волк, и, тяжко вздохнув, тоже улегся рядом. А еще через некоторое время прибежала красавица лиса.
Тигр любезно осклабился и зарычал в знак приветствия. А волк, еще раз вздохнув, произнес:
– Салам, лиса!. .
Мард сидел ни жив ни мертв от страха и только молил аллаха, чтоб звери его не учуяли.
Поговорив о разных новостях, лиса обратилась к тигру:
– Где это ты пропадаешь целыми днями? Ведь ты наш главный охотник. А сейчас на охоте тебя не видно, и в то же время ты такой… – Лиса помахала хвостом, подыскивая слово: – …такой упитанный!. . Не знаю, чем ты живешь, а нам без твоих объедков приходится туго! – пошутила лиса, кивнув в сторону облезлого и худого волка.
Польщенный тигр снова осклабился и зарычал так сильно, что в горах посыпались камни, а дикие козы на скалах замерли от ужаса.
– Вам я могу доверить свою тайну. В-о-он видите большой камень? Там под камнем зарыт бесценный клад. Каждое утро с восходом солнца я прихожу туда и лежу на том месте. Я сыт тем золотом, что зарыто в земле. А больше мне ни о чем и думать не хочется.
Марду был хорошо виден огромный камень, на который указал тигр. Страшно было Марду, но камень тот он запомнил.
Лиса помолчала, потом обратилась к волку:
– Волк, а почему ты такой худой, что ребра за камни цепляются? Может, тебя сушит любовь?
– Какая уж тут любовь!. . – злобно ответил волк. – В долине пасется три тысячи овец. Три тысячи самых жирных, самых глупых и таких вкусных овец! Но их охраняет огромный, злой, как шайтан, волкодав. Стоит мне показаться, как он кидается на меня, словно на неверного…
– Я знаю того волкодава. И еще знаю, что если смешать жидкость из его глаз с листьями вот этого дерева, – лиса кивнула на небольшое деревцо у входа в пещеру, – то получится лучшее лекарство от сумасшествия.
Все помолчали. Потом, сладко зевнув, снова заговорила лиса:
– А я так худею оттого, что совсем перестала охотиться и почти всегда голодна. Целыми днями я слежу за одной мышкой, которая живет в долине. У этой мышки есть двадцать золотых монет, и она играет ими, как бродячие артисты шарами. Каждый день я вижу это, и перед глазами у меня так и блестят те золотые… Я из-за них как зачарованная!
Вскоре звери уснули. Но Мард не мог спать, – он сидел в своем углу и трясся от страха.
Лишь под утро, когда солнце еще не выглянуло из-за скал и все вокруг казалось неясным и серым, звери разошлись. Тогда и Мард выбрался из пещеры. Он нарвал листьев волшебного дерева и пошел искать ту поляну, где мышка играла с золотыми монетами.
Долго искал Мард. Наконец, когда солнце повисло прямо над головой, опустив вниз острые лучи свои и удивленно разглядывая землю, что-то сверкнуло у него перед глазами. Пригляделся Мард и заметил маленькую мышь, которая искусно и ловко играла монетами. Мард кинулся к ней. Мышь испугалась, юркнула в норку и успела захватить с собой только лишь одну золотую монету, а все остальные взял Мард и пошел дальше искать стадо овец.
Только к вечеру набрел он на маленький шалаш пастуха. У входа лежал огромный волкодав. Морда у него была в пене, глаза налиты кровью. Увидев Марда, он бросился на него, чтобы растерзать чужого. Но пастух отозвал волкодава. Потом он предложил Мардуместо у костра и обратился к нему со словами привета:
– Здравствуй, путник, да пошлет тебе аллах удачи!
– Здравствуй, отец, пусть будут благословенны дни твоей жизни!
В молчании выпили они три пиалы чая, который дает силы слабому и наполняет сердце бодростью. Потом пастух спросил:
– Зачем пришел в этот дикий край, путник?
Не отвечая, Мард достал из кармана девятнадцать золотых монет и разложил в рядок. Когда пастух увидал такое богатство, пиала выпала из его рук.
– Это тебе, пастух!
– Я не сделал тебе никакого зла. Зачем же ты шутишь так надо мной? За что мне такое богатство?
– За что? – переспросил Мард. – Да пустяк! Отдай мне вот эту собаку.
– Но зачем она тебе? И кто тогда будет охранять моих овец?
– Купишь себе пять других. Ты ведь будешь богатым человеком!
Пастух подумал минуту и согласился. Он взял волкодава за ошейник и хотел передать его Марду.
– Э, подожди! Сначала убей его.
Пастух удивился: что за странный человек! Но просьбу выполнил.
Тогда Мард вынул глаза собаки, смешал глазную жидкость с листьями деревца и сделал из этого месива пилюли. Ночь он провел у костра пастуха, а утром двинулся в путь.
Он шел мимо высоких гор, таких высоких, что их вершины всегда раздирали снеговые тучи, мимо маленьких кишлаков, скрывающихся от палящего солнца в яркой зелени тутовника, мимо цветущих садов, шел и пел обо всем, что видел окрест.
Долго шел Мард. Но вот однажды вечером он приблизился к стенам большого города. Мард миновал ворота и сразу очутился среди бегущих, растерянных горожан. Все торопились на главную площадь. Там, окруженные стражей, стояли седобородые мудрецы горько причитали, воздев к небу сухие руки.
– Что случилось, отец? – спросил Мард одного высокого старца.
– О, не спрашивай, путник! Иди себе мимо…
– Скажи, отец, может быть, я смогу помочь беде? – Да что ты! Ступай себе!
Но Мард не унимался и так надоел старику, что тот ему все рассказал:
– У нашего хана есть дочь Рабийя, красавица из красавиц. Вот уже несколько лет она страдает тяжким недугом и сидит в комнате, прикованная цепями к стене. Шайтан вселился в ее голову, и она сошла с ума. Хан велел собрать всех мудрецов города и сказал, что, если мы не вылечим его дочь, он прикажет всех нас казнить.
Мард рассмеялся так громко, что стоявшие рядом старцы в испуге отшатнулись от него.
– Да это пустое дело! Я вылечу дочь хана.
– Что говоришь ты, дерзкий! А знаешь, что хан казнит тебя, если не сдержишь слова?
– Не бойтесь. Дайте мне только халат, чалму и сандалии, а то неудобно в таком виде предстать перед ханом.
Мудрецы обрадовались. Тряся белыми, как снег, бородами, срывали они с себя чалмы, красивые халаты, сандалии и наперебой предлагали Марду.
Тот снял свою изорванную одежду, облачился в скромный, но красивый халат, завязал чалму, надел легкие сандалии и пошел во дворец к хану. Стражники окружили его и повели через огромные и красивые палаты в большой зал, где на троне сидел хан, задумчивый и печальный. Увидев вошедших, он недовольно нахмурился.
– Что вам нужно?
Мард выступил вперед и смело сказал:
– О великий хан, хозяин прекрасной земли и повелитель людей! Я пришел, чтобы вылечить твою дочь.
Хан недоверчиво покачал головой. – А знаешь ли ты, что тебя ждет, если ты не выполнишь своего обещания?
– Я не привык хвастать и обманывать, – гордо сказал Мард, наклонив голову.
– Проводите его к моей дочери. Даю тебе три часасроку, чужестранец…
Стража снова окружила Марда, и его повели в другой конец дворца.
По винтовой лестнице поднялись они наверх, в башню. Там в маленькой комнате сидела, закованная в цепи, безумная дочь хана. Она даже не повернула головы, когда со скрежетом открылась тяжелая дверь. Мард приказал оставить его. Все повиновались и неслышно удалились. Мард застыл на месте, вглядываясь в прекрасные черты недвижной Рабийи. Волосы ее были распущены, руки сбиты в кровь тяжелыми кандалами, прекрасные глаза сверкали безумием. Дорогое платье ее было порвано и открывало чистую и белую, как молоко, кожу. Мард осторожно подошел к ней, схватил ее за голову и, разжав ей рот, быстро вложил одну пилюлю. Прошло немного времени. Дочь хана начала осматривать комнату. Она была спокойнее, чем раньше, но в глазах ее попрежнему было безумие.
Тогда Мард повторил лечение еще раз, и сразу же Рабийя пришла в себя. Оглядевшись и увидев незнакомого мужчину, она закричала:
– Служанки! Скорее идите сюда! Почему здесьнезнакомец?
Она хотела закрыть лицо, но не смогла, потому чторуки были закованы в кандалы.
Испугавшись, Рабийя заплакала и еще жалобнее стала звать слуг и кричать: – Зачем вы меня заковали в цепи?
Мард улыбнулся и вышел из комнаты. Он направился к хану и сказал ему:
– Твоя дочь здорова, повелитель! Хан не поверил чуду и бросился в покои дочери. Велика же была его радость, когда он увидел Рабийю здоровой. Тут же расковали цепи, девушку отвели в баню, омыли раны, и она стала здорова-здоровехонька.
Хан, вернувшись к Марду, сказал ему так: – Чужестранец, ты совершил чудо. Ты сделал меня счастливым. Нет такого, подарка, который был бы достоин твоего благодеяния. Поэтому я отдаю свою дочь тебе в жены.
Мард просиял от радости и ответил хану:
– О великий из великих! Сладостны твои слова, и я преклоняю колена перед твоей добротой и мудростью. Но как же будет твоя дочь жить со мной? Ведь я беден!
– Ум – богатство человека, – ответил хан и велел нагрузить золотом двух мулов и привести их Марду.
Когда мулов привели, Мард взял с собой слуг и рабов и пошел в горы, к тому месту, где под камнем были спрятаны несметные богатства, на которых каждый день лежал тигр. Там Мард и его слуги разбили лагерь.
– Здесь мы будем строить дворец, – сказал Мард и отправился в город нанимать рабочих.
Велико же было его удивление, когда на базаре среди самых бедных наемных работников он увидел Намарда.
Тот не узнавал Марда, и, когда Мард обратился к нему с предложением наняться на работу, Намард согласился.
Через несколько дней Мард вместе с нанятыми рабочими пришел в горы и приказал начать строить дворец.
Отведя в сторону повара, он сказал ему:
– Когда бы к тебе ни обратился за едой Намард, всегда корми его вволю и выполняй все его прихоти.
Повар немного удивился, но не стал расспрашивать хозяина.
Прошла неделя, и с каждым днем Намард удивлялся все больше и больше тому,, как с ним обращались. Его не заставляли работать, кормили лучше всех и платили много денег.
«В чем дело?» – ломал голову Намард, лежа на солнышке и подставляя его лучам свою худую спину.
С каждым днем он все больше и больше наглел, обижал других рабочих, кричал на повара. И однажды, подойдя к Марду, он спросил его:
– Хозяин, скажи, почему ко мне здесь так относятся?
– А что, плохо тебе? – поинтересовался Мард.
– Нет, наоборот. Что я тебе сделал хорошего, что ты так заботишься обо мне?
Мард помолчал, а потом, пригласив его сесть рядом, спросил:
– Ты не помнишь Марда, у которого ты угнал коня и оставил его одного в горах?
Пристально вглядевшись в лицо Марда, Намард побледнел.
– Я узнаю тебя, – испуганно сказал он, вскакивая с земли.
– Не бойся меня. Я не хотел тебе зла тогда и не хочу тебе зла сейчас. Ешь, пей, отдыхай, и я буду обращаться с тобой так до конца моих дней. А сейчас садись и слушай. Я расскажу тебе все, что со мной случилось. И он поведал Намарду все, что было, утаив только то, что узнал от тигра.
Когда он кончил рассказывать, Намард, не поднимая глаз, как бы невзначай, спросил:
– А далеко отсюда та пещера?
– Да нет, курухов пять – вон в ту сторону! – показал Мард на север.
[Курух – мера длины. ]
Когда он ушел спать, Намард бросился к повару и громко крикнул:
– Зй ты, рожденный шакалом и гиеной! Дай мне еды да поскорей.
И пока он с жадностью поглощал пищу, в голове его созрел план – пойти в пещеру, все узнать у зверей и стать самому таким же, как Мард.
Он нашел пещеру, влез в нее и затаился в самом дальнем углу.
Ночью ко входу пришли звери и повели между собой разговор. Лиса спросила:
– Что с тобой, тигр? Ты так исхудал. Не болен ли? Тигр горько усмехнулся:
– Болен… Нет, не болен… Только мне очень плохо, потому что в том месте, где спрятан клад, сейчас строят дворец, и я не могу там лежать…
«Ага, вот в чем дело! – радостно подумал Намард. – Значит, там есть клад! Хорошо же, Мард, сегодняшний день – последний в твоей жизни»,В это время лиса продолжала беседу:
– А вот ты так поправился, волк! На тебя теперь просто приятно смотреть!
– Знаешь, лиса, после нашего разговора той ночью случилось что-то непонятное. Волкодава уже нет, я теперь жру прекрасных, жирных овец, оттого так и раздобрел…
– Скажи на милость, у меня то же самое! – сказала лиса. – После той ночи мышь пропала, золотыми монетами больше не играет, и я спокойно охочусь! Как видишь, тоже немножко поправилась! – И лиса довольно обмахнулась прекрасным рыжим хвостом.
При этих словах лисы тигр насторожился:
– Знаете, друзья мои, здесь не обошлось без человека. Наверное, тогда наш разговор подслушал кто-нибудь. Ну-ка, лиса, посмотри, нет ли кого в пещере?
Лиса засмеялась:
– Что ты, тигр! С каких это пор ты стал таким подозрительным?!
Тигр злобно зарычал:
– А ты стала слишком болтлива, лиса!
Потом тигр встал и пошел в пещеру. Велико же было его удивление и гнев, когда он увидел съежившегося человека.
Тигр рассвирепел, бросился на Намарда и в один миг его растерзал.
А Мард построил дворец и зажил там счастливо со своей красавицей женой. Намарда с тех пор он так и не видел.
Вот и конец правдивой истории о Марде и Намарде, о добре и зле.

.




Похожие сказки: