Другой лес



Ким стоял в зале ожидания вокзала Параллельностей, прислонившись лбом к толстому стеклу, и смотрел в окно…
Машины, асфальт, высотки из бетона – сплошные каменные джунгли. А он так любил шелест листвы, шум ветра и журчание ручейков…. Всё это можно было услышать теперь только в записи или увидеть только в кино или музее.
Из детства он хорошо помнил, как маленьким мальчиком его каждое лето отвозили к бабушке в деревню. И там он бегал босиком по зелёной сочной траве, прыгал с крутого обрыва в ледяную реку, загорал под солнышком на золотистом песке и лазил в соседний огород за крепкими наливными яблоками. Всё это было давно, до Взрыва в их Пятой Параллельности…
А сейчас все растения исчезли, вымерли, как мамонты. Их выращивают теперь в специальных лабораториях, и стоят они больших денег. Люди ходят по улицам в масках и довольствуются пластиковыми суррогатами. Люди ходят по улицам в масках и довольствуются пластиковыми суррогатами.
Ким уже решил, что будет поступать на биофак. Каждый раз, надевая респиратор перед выходом на улицу, он давал себе слово, что обязательно станет великим ученым и что-нибудь придумает. В их Параллельности только очень богатые люди могу позволить себе иметь дома деревянную мебель или покупать путевки в Лесной санаторий. Остальные довольствуются воспоминаниями. Да и то лишь те, кому повезло: кто, как и он, успел родиться до Взрыва…
— Так не должно быть, — думал мальчик. – Есть же где-то другие миры, где люди живут в деревянных домах, спят на деревянных кроватях и сидят на деревянных скамейках. Они гуляют по паркам и ходят в лес за грибами…
Предстоящее путешествие, в которое брал его брат, инженер из Роботека, будоражило воображение Кима. От одной мысли, что он, возможно скоро, увидит настоящие деревья, сможет прикоснуться к траве и полной грудью вдохнуть свежий воздух, по его спине пробегали мурашки.
— Эй! Вундеркинд. Ты и сюда взял эту свою тетрадку? – хлопнул его по плечу брат. – У тебя ж каникулы!
Ким вздрогнул от неожиданности и обернулся. Рядом с Толей стоял дядя Марат, его коллега из Роботека.
— Привет! А что у тебя в этой тетрадке? – поинтересовался тот.
— Да у него там всякие формулы, вычисления. Чёрт ногу сломает. Я пробовал читать – ничего не понял…
— Я хочу придумать что-то, что поможет снова сделать нашу Параллельность зелёной. Я хочу, чтобы все люди могли свободно дышать и спокойно гулять на улице, а не сидеть в помещениях и дышать кондиционированным воздухом, — ответил мальчик.
— Молодец! Хорошая идея. И далеко ты продвинулся?
— Разгадка уже близка. Она у меня вот тут, — и Ким постучал по своей голове. – Меня может осенить в любой момент. Я должен быть во всеоружии.
— Да кто тебе мешает думать?! – снова начал брат. – Думай на здоровье. Я просто о твоей голове беспокоюсь. Мать просила взять тебя, чтобы ты развеялся в путешествии. Отвлёкся от своих вычислений…
— Толь, ну не обижайся. Я очень благодарен тебе, что берёшь меня с собой. Но ты пойми: в этой тетрадке – вся моя жизнь…
— Нет, вы слышали его?. . Тебе сколько лет, парень? – засмеялся дядя Марат.
— Шестнадцать…
— Вся твоя жизнь – она здесь, вокруг тебя, — и он обвёл широким жестом пространство вокруг. – Ты по сторонам не забывай смотреть. Разгадки, они такие – никогда не знаешь, откуда ответ придёт.
— Ты дядю Марата слушай. Он дело говорит. Я прыгал бы от счастья, если б меня в твоём возрасте взяли в Параллельное путешествие…
— Я и счастлив, Толь. Правда. И спасибо тебе ещё раз.
— Да ладно…. Пошли уже – вон на табло наш рейс.

Это был самый большой и удачный мыльный пузырь в форме медведя. Он поднимался всё выше и выше, переливаясь на солнце масляными боками и отражая всё вокруг. В нём можно было разглядеть лес, полоску реки, облака…
Лягушонок с восторгом, задрав голову, любовался своим творением. Любопытная Стрекоза зависла в воздухе на одном с ним уровне и смотрела на отражение. Её новые крылья, инкрустированные стразами по последней моде, ослепительно блестели в лучах солнца. Вдруг, что-то громко чпокнуло и большой пузырь лопнул. Как невидимой волной сдуло и стрекозу. В соседнем лесу в небо с криками взмыла стая птиц…. Какое-то время Лягушонок удивлённо смотрел туда, где только что висел пузырь, потом помакал соломинку и надул новый.
— Эй! Ты чем там занимаешься? И что это за звук был? – мама Квакша, подбоченясь, стояла на пороге. – Выкинь уже эту гадость! Откуда ты только её взял?
— Это не гадость! Это подарок Менделеева.
— Это ещё кто такой? – Квакша щурилась от солнечных бликов, пытаясь разглядеть прыгающего на берегу Лягушонка.
— Это великий изобретатель! Он снял времянку у Бобра.
— С каких это пор великие изобретатели живут в сараях? Не мог получше места найти?
— Он очень скромный, — ответил Лягушонок, подойдя. – И комфорт его не интересует.
— Иди есть, заступник мне нашёлся. И перепонки свои с мылом помой – я проверю! – И глядя на соседний лес, добавила. — Как же: "Комфорт его не интересует". Знаю я этих изобретателей…

В пятницу вечером, как всегда, после работы, друзья собрались на квартире у Белки.
День выдался жарким, но прохлада и свежесть были отличительным знаком третьего яруса этого лесного Городка.
Жители приобретали квартиры каждый по своему усмотрению. Кто-то облюбовал первый, подземный ярус. Как правило, там жили жуки, муравьи, мыши, кроты, змеи, черви и слизни. На втором обитали лисы, медведи, зайцы, лоси, кабаны. Птицы же предпочитали третий, самый верхний и солнечный ярус.
Белка работала в администрации города, секретарём у мэра, Филина Мудрилина. И, за хорошую работу, ей удалось получить чудную однокомнатную квартирку на пятом этаже в хвойном квартале. Знакомые Бобры сделали там ремонт по дизайну модной нынче Стрекозиловой. Получилась отличная квартира-студия. Белка даже разрешила сфотографировать и поместить фото своего жилища в «Лесном интерьере». И теперь друзья с ещё большим удовольствием собирались у неё по вечерам.
Их троица дружила с детства. Они учились в одном классе. И, несмотря на прошедшие годы и разные увлечения, продолжали вместе собираться, встречать Новый год и ездить в отпуск.
Заяц, по кличке Менделеев, увлекался химией. Его дом на втором ярусе напоминал подпольную лабораторию. Соседи так часто жаловались на взрывы и жуткие запахи, что бедняге пришлось съехать. И сейчас он снимал времянку у Бобра, на берегу реки. До работы, правда, стало далековато, зато никто не мешал заниматься любимым делом. Подводные обитатели не обращали на него внимания. Взрывы заглушало бурление реки, а специфические запахи быстро выветривались.
Бурундук жил недалеко от Белки на первом ярусе. Ещё в школе он заработал себе прозвище «Эврика» — очень уж он был умным. Его голову посещали блестящие идеи. Так что уже после третьего класса его забрали в Лесную спецшколу. А сейчас он работал в Секретной Лесной Лаборатории (СЛЛ). И даже друзья не знали, чем они там занимаются.
Белка как-то пару раз намекала ему, чтобы тот похлопотал за Менделеева и устроил его в СЛЛ. Но Заяц решительно стоял на своём: «Работа – работой, а дружба – дружбой». Он был уверен, что их нельзя смешивать, иначе отношения могут дать трещину. А ещё он мечтал сделать своё открытие, внести свой вклад в науку и принести пользу Городу. Только об этом Менделеев друзьям не говорил. Он был скромным, но честолюбивым зайцем.
Итак, все были в сборе.

— Ребята, есть новость, — сказала Белка и, подойдя к окну, опустила жалюзи.
— К чему эта маскировка? – спросил Менделеев.
— Ого! Запахло жареным, — и Эврика устроился поудобней в кресле, подперев лапкой подбородок.
— Вчера я была на маникюре. Ну, салон «У Енотихи-Болотихи» – знаете?
Друзья переглянулись и вежливо покачали отрицательно головами.
— Туда же, к Енотихе, ходит Сорока Белобока.
— Ближе к делу, — скорректировал её Эврика.
— Готовится страшный заговор против нашего мэра! – быстро затараторила Белка.
— Пока не вижу никакой связи, — ответил Эврика.
— Ну как же ты не понимаешь! – Белка воровато оглянулась по сторонам и, наклонившись к друзьям, зашептала. – Белобока – личный помощник Ворона.
— Это интересно, — захихикал Менделеев, но грозный взгляд Белки оборвал его смешок.
— Она по секрету рассказала Енотихе, что Мудрилину скоро придется подать в отставку.
— Ну, это ещё ни о чём не говорит, — разочарованно сказал Эврика и откинулся на спинку кресла. – Что-нибудь ещё есть?
— Это как-то связано с соседним Лесом, – добавила Белка.
— А вот это уже кое-что. – Заинтересовался Эврика. – Менделеев! Ты ж там рядом живёшь – сгонял бы на разведку!
— У меня работа…
— Завтра – суббота! Какая может быть работа? – уточнил Бурундук.
— Я работаю по выходным в своей лаборатории.
— Твой сарай на берегу реки – лаборатория? Ты даже ни разу не был в настоящей лаборатории. Чем ты хоть там занимаешься? – не унимался Эврика.
— Не важно. У меня эксперименты. Каждый день на счету. Да и виза у меня просрочена…
— Мальчики! Не ссорьтесь! У меня завтра выходной и я могу попробовать что-нибудь разузнать.
— Отлично! – подытожил Эврика. – А то у меня завтра футбол и баня: не хотелось бы пропускать. Белка, только смотри в оба, ничего не пропусти. Вдруг и правда, какая сенсация! Мы – будем первыми, кто узнает.
— Уже не первыми, — вставил Менделеев. – После Енотихи, считай, мы в хвосте.
— Да ладно, Менделеев! Не нуди. Может, это всё враки. Обычные лесные слухи, за которыми ничего нет. Сколько раз уже такое было…
— Почему-то мне кажется, что это не просто слухи. Дыма без огня не бывает… — тихо сказал Заяц.
— Ну, вот завтра всё и проверим. Белка проверит – правда? – и Эврика обворожительно улыбнулся хозяйке. – А можно мне добавки того ягодного пирога?
— Ну конечно можно! Менделеев, давай тебе тоже пирога ещё отрежу! Сама ягоды для него собирала.
— Мне лучше с собой. Я всю ночь буду работать, есть захочется. А магазины закрыты уже.
— Так я тебе и добавку и с собой заверну. Я всё равно столько не съем. У меня – диета.
— Не волнуйся, Белка, мы тебе поможем! – и Эврика принялся уминать ягодный пирог за обе щеки.

Утром в субботу Белка быстро сделала свою зарядку на балконе, сварила кофе, проверила визу в паспорте и, прихватив большую корзину, отправилась на Речной вокзал. Семейство Квакиных держало лодочную станцию, ниже по течению.
— И что тебе на том берегу в такую рань понадобилось? – спросила её мамаша Квакша, когда Белка выбирала лодку для переправы.
— Орешки, грибы, ещё кое-что надо прикупить.
— А у нас что – своих в лесу нет? – не унималась толстая Квакша.
— Мне хочется и других попробовать. А вдруг у них лучше?. .
— Вот, вы, молодёжь, избалованные какие все пошли. Я говорю своему старшему: «Нечего тебе в город соваться! Тут живи и работай. Чем плохо? Река – рядом, всё есть. Вон, невест целый хор сидит». А он – всё своё. Телевизора насмотрелся, что ли…
— Хотите, я и вам с того берега что-нибудь привезу?
— Ой, Белка! Посмотри мне там солнечные очки, модные какие-нибудь. А то у нас тут на берегу, сама знаешь, с магазинами туго. Все – в Центр переехали…. Деньги я тебе отдам тогда.
— Хорошо, посмотрю, — улыбнулась Белка и села в лодку.
Младший Квакин ловко запрыгнул на корму и оттолкнулся веслом. Розовая лодочка заскользила по воде.
— Слушай, Квакин, а ты ничего необычного не замечал в последнее время? – начала свою миссию Белка, когда они уже были далеко от берега. – Что-нибудь странное, чего раньше здесь не происходило…
— Здесь, это в соседнем лесу? – улыбнулся Лягушонок своим широким ртом.
— А при чём тут соседний лес?
— Да вы уже не первая меня об этом спрашиваете.
— А что, ещё кто-то интересовался? – не смогла скрыть удивления Белка.
— Стая Воронов тут почти каждый день бывает. Им туда перелетать нельзя, так они меня расспрашивают.
— И что ты им сказал?
— Что видел, как ночью по небу бродят полоски света.
— Что за полоски?
— Не знаю… Похоже на свет от больших фонарей, только в небо направленный.
— Так, что ещё?
— Ещё шум какой-то слышал.
— Шум? Какой шум?
— Как будто что-то скрипит, скрежещет, клацает…. Много разных звуков. Но они далеко.
— А днём? Днём что-нибудь слышно?
— Днём тут бобры на стройке шумят. Треск такой, что ничего и кроме них и не слышно.
— А мама с папой что говорят?
— Они не знают. Они спят крепко и храпят так, что на том берегу, иголки с веток падают.
— И ты им не сказал?!
— Неа. Они ж не спрашивали…
— Так, всё ясно…. Ты больше пока никому не говори про то, что видел и слышал, хорошо?
— Хорошо.
— Вот тебе моя визитка. Здесь мой номер телефона. Звони, если вдруг что-то новое заметишь. Договорились?
— Договорились, тётя Белка, — улыбнулся Лягушонок. – Ну, вот мы и приехали.
— Слушай, ты подожди меня тут. За простой я доплачу.
— Ну, если с доплатой – подожду. А то меня мама ругать будет. У нас каждая лодка на счету.
— Ладно, дружок, я мигом, — сказала Белка и поскакала к воротам, ведущим в лес.
Пропускной пункт, где проверяли паспорта и ставили штампики, был пуст. Белка подождала снаружи, а потом, всё же прошла внутрь. За воротами тоже никого не оказалось.
— Странно…. Они же должны работать и по выходным, — рассуждала она, продолжая идти дальше.
Вот и Центральный вокзал. Вход в Метро. На нём можно доехать до ЦУМа за пару минут. Белка спустилась вниз. Стояла полная тишина. Освещение не работало.
— Что происходит? — недоумевала Белка. – Хорошо: исследую всё наверху. Может, кто-то объяснит мне, что всё это значит, — сказала она и тут же наткнулась на что-то мягкое и мокрое.
— Ой! – вскрикнула Белка и отскочила в сторону.
— Осторожней, дамочка! Под ноги смотреть надо, — услышала она недовольное ворчание.
— Кто здесь? – прошептала Белка.
— Кто здесь? – недовольно спародировало её существо. – Только все уехали. Только, наконец, стало тихо и спокойно. Как вдруг вы со своим «кто здесь?». Я, вообще-то, тут живу.
— А вы КТО? – не унималась Белка.
— Я – Червяк Беляк. А вот вы что за штучка? Видно, не здешняя…
— Я приехала из соседнего леса за покупками. А здесь – никого…. Что случилось у вас тут?
— У нас тут ничего не случилось. У нас тут всё хорошо: тихо, сыро и темно. А вот у них, наверху, действительно, что-то случилось. Какие-то Клацальщики разогнали весь город. Все «верхние» срочно эвакуировались. Это то, что я смог услышать от последних улепётывающих.
— А когда ушёл последний поезд?
— Пару дней назад.
— А когда началась эвакуация?
— Может, с неделю назад.
— А кто такие эти Клацальщики?
— Откуда мне знать?! Я тут тихо живу, никого не трогаю. Наверх не выхожу, нос в чужие дела не сую. А вы, дамочка, что-то много вопросов задаёте…. Какая-то вы подозрительная личность…. Ну-ка, покажите свои документы!
Белка порылась в корзинке и протянула свой паспорт в темноту. Кто-то невидимый забрал паспорт из её рук, и она услышала, как в тишине шелестят странички.
— М-да…. Действительно, с того берега…. И виза в порядке.
— Вы что-то ещё видите в этом мраке? – удивилась Белка.
— Я в этом мраке живу, моя дорогая. И вижу всё, что мне надо. А вот вам здесь делать нечего. Без фонаря вы и шагу тут не ступите. Так что давайте-ка, поднимайтесь наверх. Я вас провожу.
И склизкое существо, ухватившись за край её корзинки, как поводырь, повело Белку к выходу из Метро. Когда впереди показался просвет, Червяк остановился.
— Ну, дальше – сама. Дальше я не пойду. Желаю удачно добраться до дома. И не советую углубляться в лес. Не знаю, кто такие эти Клацальщики, но добра от них ждать не приходится.
— До свидания, — попрощалась Белка. – А вы? Как же вы? Вы тоже будете эвакуироваться?
— Нет, моя дорогая. Я никуда не собираюсь уезжать. Наоборот. Мне так даже больше нравится. Гудбай!
Белка вернулась на причал, где её ждал Лягушонок и села в лодку.
— Поехали обратно.
— А где же орешки?
— Какие орешки?
— Ну, вы же ехали за орешками. Вы же сами сказали…
— А, орешки…. Я передумала. Ты знаешь, наши повкусней будут. Поехали быстрей домой! – сказала Белка, избегая вопросительных взглядов Лягушонка.

Вечером того же дня друзья собрались у Белки снова.
— Что будем делать? – спросила она, рассказав, всё, что знала.
— Слишком мало информации, — ответил Эврика. – Одни только разговоры. Этих Клацальщиков никто не видел.
— А как же пустой город?! Это, по-твоему, ничего не значит? – Белка встала и начала ходить по комнате. – Я одна пошла на разведку, в чужой город. Выведала ценную информацию у Квакина. Не испугалась подземное склизкое чудище. И ты говоришь, что это «только разговоры»? Да ты, хоть, понимаешь, что происходит?!
— Так! Успокойтесь, все. Нам нужен план, — Заяц тоже вскочил со своего места.
— Да, — подключился Эврика. – План – это всегда хорошо. Давай, Менделеев: ты говори, а я набросаю тут схемку. Дома покумекаю ещё. Вдруг что-то придёт в голову.
— Итак, — начал Заяц. – Что мы имеем? Первое. Предположительно, свора Ворона Егорина задумала свергнуть нашего мэра. Второе. Возможно, это как-то связано с загадочными Клацальщики из соседнего леса. Кто они и что им нужно мы пока не знаем. Этих Клацальщиков никто не видел. Но присутствие их подтверждено Квакиным и Червяком Беляком. Третье. Соседний лес – пустой. И здесь опять замешаны Клацальщики…
— Всё упирается в Клацальщиков, — подвела итог Белка.
— Похоже на то, — подтвердил Бурундук. – Надо бы посмотреть на этих пришельцев своими глазами. Тогда, может быть, станет ясно, что к чему.
— Предлагаю завтра экспедицию на тот берег! – торжественно заключил Менделеев.
— А как же твои опыты? – удивилась Белка.
— Опыты подождут. Нависла реальная опасность. Нельзя терять ни дня.
— Согласен, — Бурундук сложил листок со схемой и убрал в карман. – Время не ждёт. Я с вами. А сейчас – надо всем пойти по домам и лечь спать. Силы нам завтра понадобятся.
— Вот это другое дело! – обрадовалась Белка. - Я приготовлю нам что-нибудь поесть в дорогу.
И друзья разошлись по домам.

На следующий день уже в шесть утра команда причаливала к соседнему опустевшему лесу. Друзья арендовали лодку на весь день, и, сойдя на берег, спрятали её под густой елью.
— С чего начнём? – поинтересовался Менделеев.
— Думаю, надо углубляться. – ответил Эврика. – Раз Червяк не рекомендовал этого, мы сделаем как раз наоборот, если хотим найти то, ради чего всё это затеяли.
— Согласна, — кивнула Белка.
— Двигаемся быстро и аккуратно. В пустом лесу слышен каждый шорох. Так что, если кто что услышит подозрительное, тут же сигнализирует остальным. Белка, ты – по верхнему ярусу. Я с Зайцем – по нижнему. Всё – двинулись!
И троица скрылась в чаще.
— Куда это они направляются? – Ворон Егорин сидел в кресле на верхушке старой высокой сосны и смотрел им в след с противоположного берега в подзорную трубу. – Что понадобилось этим маленьким грызунам в моём лесу? Или они тоже знают про Клацальщиков? Карп! Как ты мог это допустить? Операция готовится под грифом «секретно». Кто мог проболтаться?
— Никто не мог. Наши все были предупреждены.
— Значит не все! Или у нас завёлся стукачок? – и Егорин посмотрел на Карпа своим страшным немигающим взглядом. – Ладно, не важно. Раз уже знают, что толку искать, кто проболтался. Значит, пришло время начинать операцию «Эвакуация». Доложите обстановку.
— Листовки готовы и отпечатаны. Фотографии с того берега уже в работе. Утром, в понедельник, в газетах появится статья о страшном беспределе в соседнем лесу под названием «Пожиратели Леса уже здесь. Мы – следующие». Ролик для новостей на нашем канале уже смонтирован.
— Что в нём?
— Съёмка брошенных квартир, разрушенных магазинов, уничтоженных кварталов.
— Клацальщиков удалось заснять?
— Нет, наши боятся к ним приближаться. Есть даже жертвы.
— Ясно. Ну что ж, за дело. Запускаем операцию «Эвакуация».
Друзья углублялись в лес. Но следов пришельцев пока не было видно. Вид заброшенного города наводил тоску и страх. Они решили сделать привал и перекусить.
— Вы отдыхайте, а я проверю тут в округе, может, что интересное найду, — сказал Заяц.
— Ты, правда, не устал? – удивилась Белка.
— Бег даже полезен. Через полчаса вернусь.
— Смотри, будь осторожней! – крикнула она ему в след и обратилась к Бурундуку. – Как думаешь, всё же, что тут произошло? Что могло заставить жителей сорваться с насиженных мест и побросать всё добро?
— Понятное дело: их что-то напугало. И не просто напугало. Это – какая-то смертельная опасность. Раз у них не было времени, чтобы нормально упаковать свои вещи.
— Так, вроде, всё цело. Никто ничего не забрал, не сломал. Всё стоит на местах, а жителей нет. Чего тогда они испугались? Ведь тут никого нет. Мы – одни.
— Быстрее, сюда! – кричал запыхавшийся Заяц. – Там такое…
И троица побежали смотреть находку.
— Вот! – сказал Заяц, показывая вперёд. Но этого и не требовалось. Лес заканчивался на том месте, где стояли друзья. А дальше начиналось открытое пространство с пеньками, похожее на тундру. Отдельно аккуратными стопками лежали брёвна. Спиленные ветки валялись где попало. Пахло свежей древесиной и смолой.
— Что это? Что здесь было? – спросила Белка и посмотрела на своих друзей. – Как будто поработал какой-то смерч или ураган…
— Нет. Ураган действует не так аккуратно и не оставляет после себя такой порядок. – ответил Эврика. – Это что-то другое.
— Это – Клацальщики, – сказал Заяц, и все обернулись и посмотрели на него.
— Ты думаешь, это они? – с ужасом спросила Белка.
— А кто ещё мог сделать это? Вот почему исчезли все звери. Им просто негде стало жить.
— Но, ведь, там, на берегу, лес цел! – Белка с надеждой смотрела на друзей своими большими глазами.
— А ты бы осталась в своём доме, зная, что рядом – такое. А вдруг они вернутся?
— Какой ужас! Так они и до нашего леса могут добраться…. Надо срочно предупредить мэра и всех остальных! Нам тоже надо эвакуироваться! Быстрее! Побежали обратно!
— Стойте! Мы же не нашли, что искали, — остановил их Эврика. – Мы же так и не увидели, кто это сделал.
— Тебе мало того, что ты видишь? – не унималась Белка.
— Я хочу знать, как и почему они это делают, — стоял на своём Эврика. – Мы не решим задачу, если не узнаем всех составляющих.
— О чём ты! Какая задача? Надо уносить ноги! – почти кричала Белка.
— Я остаюсь. Вы – как хотите. Можете бежать в город. И чего вы добьётесь? Только поднимите панику. Этого и хотел Егорин. Вот что останется от нашего города – пустые брошенные дома. Неужели, Белка, тебе не жалко свою чудную квартирку? Ты же так любила её. Ты готова бросить всё и бежать неизвестно куда?
— А что ты предлагаешь? – Белка почти плакала.
— Я останусь тут, в лесу. До тех пор, пока не пойму, как это всё работает. Потом вернусь, и мы решим, что делать.
— Тебя сожрут эти чудовища! – не унималась Белка.
— Пока что я не нашел ни одного трупа. Кроме деревьев. Не уверен, что они питаются Бурундуками.
— Хочешь проверить это на себе? – вызывающе кричала Белка.
— Тише. Он прав, – вступил в беседу Заяц. Эти двое уже и забыли про него. – Бросать город – это не выход. Я согласен с Эврикой. Мы с Белкой вернёмся и будем действовать по обстановке. Как только ты соберёшь недостающую информацию, мы решим, как быть дальше.
— Но… — пробовала что-то сказать Белка.
— Никаких «но»! Вот еда. – И он протянул Бурундуку свой рюкзак. – Здесь тебе хватит на пару дней. Возможно, в брошенных домах остался какой-то провиант. Советую тебе облюбовать какую-нибудь квартирку. Я пригоню для тебя лодку и спрячу на нашем месте, под ёлкой. А нам с Белкой пора. Сдаётся мне, Егорин не станет долго ждать со своей затеей.
Друзья обнялись на прощанье и разошлись в разные стороны.

Утро понедельника превзошло все ожидания Егорина.
Один из центральных каналов показал жуткие новости в семичасовом утреннем выпуске, когда все ещё были дома и мирно завтракали. Дети плакали и не хотели идти в сад. Жёны не пускали мужей на работу. Старики, читающие по утрам свежую прессу, собирались во дворах и обсуждали сложившуюся обстановку. В школах отменили занятия. Были приостановлены все береговые работы и закрыты близлежащие заведения.
Белка одна из немногих была на работе. Она не понаслышке знала о происходящем, поэтому паника не смогла замуровать её дома.
— Я слышала, многие пакуют чемоданы, — сообщала ей в телефонную трубку подруга. – А я сижу и не знаю, что делать. Ты, всё-таки, там поближе к мэру…. Скажи, как лучше поступить? Мой говорит, надо билеты сейчас брать, потом – цены взлетят. И добро, говорит, продавать сейчас надо. А иначе, ни с чем останемся. Так жалко…. Мы только что ремонт сделали. Мебель новую купили. А теперь – всё коту под хвост…
— Не ной там. У мэра – совещание сейчас. Как только что будет известно – я тебе первой позвоню. Поняла?
— Хорошо. Буду ждать.
И так, примерно, по всем каналам. Нагрузка на мобильные сети была такой, что связь в какой-то момент оборвалась. Звери остались без телефонов. Вся информация поступала только через газеты, телевизор и сарафанное радио, которое работало лучше всего…

Прошло два дня. А от Эврики не было никаких вестей. Каждый вечер Заяц приходил к Белке и они делились новостями.
— Наши береговые готовят забастовку с голодовкой, — поделился он.
— А чего они добиваются?
— Они несколько лет строили эту плотину, вкладывали в акции свои деньги. А теперь администрация города отказывается выплатить им их долю. Говорит, что неизвестно ещё, нужна ли эта плотина вообще. Представляешь?
— Ужас. А у нас сплошная бюрократия. Готовятся ввести чрезвычайное положение. Да только, что это даст?
— Ещё, среди Бобров есть свои заводилы-лидеры. Я хожу к ним иногда на ночные тусовки. Так вот. Они предлагают перестроить плотину так, чтобы река затопила соседний лес, вмести с этими Клацальщиками.
— А вот это уже серьёзно! – вскочила Белка. – Там же Эврика! Надо срочно его оттуда вытаскивать!
— Как? Мобильная связь не работает. Мы даже не знаем, где он…
В дверь постучали.
— Подожди! Не открывай…
— Ты с ума сошёл, Менделеев! Ты думаешь, это Клацальщики ко мне в гости пришли? – и Белка поспешила в коридор.
— Подожди! Я с тобой!
— Эврика! – закричала как сумасшедшая Белка. – Где ты столько пропадал?! Мы тут с ума уже сошли в догадках!
— Эврика! Живой! – радовался Заяц и полез обниматься к другу.
— Подождите, ребята. Это важно. – И Бурундук, ввалившись в комнату, упал в кресло.
— Ты ранен? – вскричала Белка.
— Нет. Не ранен. Всё нормально со мной.
— Рассказывай! – Заяц присел рядом на край дивана.
— Надо что-то делать. Они придут сюда, когда сожрут весь соседний лес. Они не остановятся.
— Ты их видел? – спросила Белка, сев напротив.
— Да. Это настоящие монстры. Они пилят лес с ночи до утра. Они вообще не спят.
— Какие они? – спросил Заяц.
— Они большие и железные. Похожие на гигантских Людей. Помните, нам в школе читали Древние мифы?
Друзья кивнули.
— Так вот. Они работают круглосуточно. Я не видел, чтобы они прерывались на обед.
— А когда же они спят?
— Они вообще не спят.
— А зачем тогда им столько деревьев?
— Вот в этом и загадка. Я сам не понимаю, зачем. Но дело это нам не облегчает. Скоро они допилят весь соседний лес и тогда…
— А если они железные, как они переплывут через реку? Они же заржавеют! – справедливо заметил Заяц.
— Они очень умные. Они не просто спиливают деревья. Они очищают стволы от веток и сучьев. Складывают их аккуратными штабелями. Им нечего не стоит построить огромный плот и переплыть на наш берег.
— Что же нам делать? – в отчаянии сказала Белка. – Они пилят лес, но при этом деревья им совсем не нужны. У них какой-то адский аппетит. Если им дать волю, они уничтожат весь лес…
— Я тоже об этом думал, — сказал Бурундук. – Если им нужен только «корм», а корм для них – это лес, надо дать им эту пищу в достатке. И тогда они не будут трогать нас.
— Что ты имеешь ввиду? – не поняла Заяц.
— Я говорю, что, если бы они имели в достатке свою «еду», они не представляли бы для нас угрозы.
— Но ведь еда рано или поздно заканчивается. А за новой надо идти в магазин, или выращивать на собственных грядках, — сказал Заяц.
— Молодец, Менделеев! Правильно мыслишь! – улыбнулся Эврика. – В магазинах у нас лес не продаётся. Значит, остаются грядки.
— Не понял…
— Надо вырастить для них лес! – закричала Белка и запрыгала от радости.
— Но, как же? Постойте! Лес растёт не за один день, и даже не за один год. Ко времени новых всходов они уничтожат всё живое!
— Умница, Менделеев! – не переставая улыбаться, ответил Бурундук.
— А ты чего так радуешься? – не понял опять Заяц. – Ты в том лесу ничем не заболел часом?. .
Белка с Бурундуком переглянулись, улыбнулись, взяли Зайца за лапы и посадили между собой на диван.
— Менделеев, друг. Скажи нам честно. Чем ты занимаешься в своей лаборатории? – начал Эврика издалека.
— Опытами…. А в чём дело? При чём тут это сейчас? – Заяц не на шутку испугался за психическое здоровье Бурундука. Он повернулся к Белке и спросил у неё. – Белка, что он от меня хочет?
— Я хочу, дорогой мой, Менделеев, чтобы ты доказал всему миру, что у тебя в голове есть ценные мозги! Ты можешь спасти наш Город от Клацальщиков.
— Я?! – Заяц вообще перестал понимать происходящее.
— Менделеев, – начала Белка. – Ты должен придумать ускоритель роста растений.
— Ускоритель роста? – повторил за ней Заяц, как завороженный.
— Да, ускоритель роста! Ты можешь. Мы это знаем. Ты не раз изобретал всякие штуки в школе, после чего тебя выгоняли с уроков, – напомнил ему Бурундук.
— Да-да! Помнишь, в четвёртом классе, ты придумал мыло, после которого шерсть меняла цвет? — засмеялась Белка.
— А в девятом – вещество, приняв которое, кабан стал мохнатым и кудрявым. Он до сих пор ещё ходит в парикмахерскую. – Поддержал её Эврика.
— А на выпускной ты посыпал икру Рыбок-Малюток в аквариуме зоосада своим новым порошком. И на утро пришлось вызывать эвакуатор для транспортировки гигантских новорожденных…
И друзья весело засмеялись.
— Вы хотите, чтобы я изобрёл ускоритель роста растений? Хорошо. Я понял. Может быть, мне потребуется день, может два. Надо ещё успеть протестировать полученные результаты. Ну, всё – я побежал. Меня ждёт бессонная ночка!
Менделеев уже отмеривал лестничные пролёты, когда друзья выбежали в подъезд, чтобы крикнуть ему на прощанье: «Мы верим в тебя!».

Весь следующий день над городом кружило вороньё, поливая лес листовками, обвиняющими мэра Мудрилина в недальновидности и неспособности защитить город от нависшей угрозы. В газетах писали, что Клацальщики уже готовятся к переправе на их берег. Без разрешения мэра Бобры не могли изменить план строительства плотины, а Мудрилин не спешил принимать решения. Авторитет его был настолько подорван, что он боялся выходить в город без охраны. Вслед ему летели тухлые помидоры и шишки.
Свора Егорина организовала скупку и по-тихому скупала за бесценок мебель, бытовую технику, электронику и предметы искусства. Склад на берегу реки уже ломился от накопленного добра. Оставалось только сплавить всё в нижний лес, где Ворона уже ждали покупатели.
Одновременно с этим была организована подпольная продажа билетов. За баснословные деньги звери заказывали транспорт для перевозки и покупали дефицитные билеты.
С берега ещё не было видно, как орудует стая Клацальщиков. Но производимый ими звук можно было уже услышать.
Семья Квакиных не торопилась покидать свой дом. Они могли продержаться и на пустом берегу. Правда, без Города бизнес перестал бы существовать: соседний берег пустовал – перевозить стало некого. Но мамаша Квакина очень рассчитывала нажиться на переезде лесных жителей.
Белка перестала ходить на работу. Ей там всё равно нечего было делать. Да и потом, работать у Мудрилина ей больше не хотелось. Эврика опять куда-то исчез, никого не предупредив. А Менделеев закрылся в своей лаборатории, и беспокоить его никто не решался.
Сменив свою квартиру на хибару у Бобра, Менделеев убил сразу двух зайцев. (Выражение это ему самому не очень нравилось. Он вычитал его в какой-то старой книге, и с тех пор оно плотно засело в его голове. ).
Квартиру Заяц сдавал, а на вырученные деньги приобретал препараты и оборудование.
После досадного опыта с Рыбками-Малютками, Менделеева выгнали из школы, и ни о каком поступлении в ВУЗ речи уже не шло. Распрощавшись с мечтой о ВУЗе, Заяц не распрощался с Химией. И устроившись почтальоном в Лесную почту, он продолжил свои опыты. Эксперименты над животными, уступили место растительному миру. И Менделеев реально продвинулся на этом поприще.
На самом деле, ускоритель роста был почти готов. Предложение Бурундука поступило как раз вовремя. Но говорить это друзьям Заяц не решался. Он хотел довести до совершенства своё изобретение. Промахиваться здесь было нельзя. Двойкой по химии тут уже не отделаешься. Речь шла о спасении Города…

Белка, тем временем, тоже не могла сидеть на месте и пассивно ждать развязки. От Енотихи она узнала о планах Егорина и решила активно включиться в борьбу.
Так как рассчитывать на помощь и влияние мэра уже не приходилось, Белка, собрав делегацию из двух самых активных Бобров, отправилась просить помощи у Совы Большой Головы.
Сова давно отошла от дел, а приход к власти Мудрилина только больше отвратил её от жизни Лесного Братства, несмотря на то, что Большая Голова являлась его Старейшиной.
Жила она отшельницей на краю леса, в расщелине Чёрной скалы, выходила из дома только после полуночи и до рассвета успевала снова скрыться в своих звуконепроницаемых апартаментах. Её давно никто не видел, и, поговаривали, что Большой Головы уже нет в живых. Многие просто боялись Сову. Но у Белки не оставалось выбора…
В полночь делегация собралась у подножия скалы.
— Как мы её позовём?
— Она сама нас увидит.
— Как же, увидит! Ты даже не разрешила включить нам фонари…
— Она знает, что мы здесь. Она всегда всё знает…
— А вдруг она спит? А мы так и будем тут молча стоять?!
— Мне страшно…. Говорят, она питается живыми грызунами…
— Заткнись, а то сегодня ты рискуешь стать мёртвым грызуном!
— Что это?!? Вы слышали? Кто-то смеётся над нами!
— Нет, это кто-то плачет…
— Это ОНА… — и звери замерли в оцепенении.
— Что вам здесь нужно? Зачем ты пришла, Белка? Мудрилину опять понадобился мой совет?
— Нет, я пришла сама. Мудрилин больше не мэр. – Белка старалась унять дрожь в коленках. А Бобры, меж тем, таращились в темноту и жались спиной к спине.
— Что значит «не мэр»? А кто теперь глава Города?
— Город остался без главы. И мы пришли к тебе, Сова, как к Старейшине Лесного Братства. Мы пришли к тебе за помощью. Город в опасности. В лесу паника. Мы не знаем, как быть, — Белка почти плакала.
— На нас с минуты на минуту могут напасть Клацальщики из соседнего леса. Пока еще их можно остановить. Мы предлагаем затопить тот лес. Но у нас нет права изменить план строительства, – вступили Бобры.
— Мы просим тебя, Большая Голова, выйти из тени и встать вместе с нами на защиту Города.
Сова молчала. В полной тишине звери покорно ждали.
— Вы должны рассказать мне всё, что знаете…. И мне надо будет подумать. Завтра, в полночь приходите за ответом.

— Белка! Готово! – Кричал Заяц, барабаня утром в её дверь со всей мочи.
— Что готово? – Белка тёрла сонные глаза.
— Я сделал ускоритель! Вот порошок – надо скорей передать его этим Клацальщикам! А где Эврика?
— Не знаю, он исчез после нашего разговора. Я его больше не видела…
— Неважно. Сейчас главное – передать им это порошок. И пусть они уматывают отсюда туда, откуда пришли. Теперь у них будет много корма. А сейчас – надо бежать. Дорога каждая минута!
— Я была вчера у Большой Головы, — начало серьёзным тоном Белка.
— Она же, вроде, умерла…
— Она жива. И собирается помочь нам. Сегодня в полночь мы с Бобрами должны прийти за ответом.
— Но я же уже придумал порошок!
— Одна голова хорошо, а две – лучше. Вдруг, у неё найдётся лучшее решение?
— Ты мне не веришь, да? – Заяц обиженно отвернулся. – Вы с Эврикой не доверяете мне, в этом всё дело? Вы специально отправили меня изобретать порошок, ни секунды не сомневаясь, что я опять всё сделаю на двойку, а сами занялись спасением Леса без меня. Так вот: это – правда! Я сделал отличный порошок! Вот формула, – и Заяц нервно вытащил из кармана сложенный вчетверо листок и протянул Белке. Она развернула его…
— Тут ничего нет…
— Блин! – Заяц стукнул себя по голове. – Я специально скрыл её. Нужен ультрафиолет. – И он забрал листок обратно.
— И как это действует? – заинтересовалась Белка.
— Надо растворить порошок в воде и замочить там семена на одну ночь. Потом, этой же водой поливать почву. Знаешь, как всё колосится потом? У меня вокруг дома теперь целые джунгли!
— А ты сможешь им его передать? Ты не боишься Клацальщиков? Им же надо объяснить, что это такое, и как с этим быть…. А вдруг они тебя сразу «чик»?! И всё…
— Белка, не волнуйся! Эврика же сказал, что они не едят зверей.
— Но ты ведь даже не знаешь их языка…. Как ты будешь с ними разговаривать?
— Я замечательно общаюсь жестами. Всё будет хорошо!
— Хорошо. Я пойду с тобой к Клацальщикам, чтобы ты не сомневался, что мы с Эврикой верим в тебя, — и Белка улыбнулась ему. – А Бобры и без меня смогут выслушать, что скажет им Большая Голова.
— Молодец, Белка! Ты – настоящий друг! – И Заяц пожал ей лапу.
Друзья погрузили целлофановый мешок с порошком в рюкзак и помчались на Речной вокзал.
Вечерело. Сумерки подкрадывались незаметно. Когда им удалось добраться до реки, уже совсем стемнело.
— Вы сумасшедшие! – кричала Квакша. Я не дам вам лодку! Еще не хватало двух убийств на моей совести…
— Ну, пожалуйста! – молила Белка. – Нам очень-очень надо на тот берег!
— Если надоело жить – вот река. Топитесь сколько вам угодно. Лодку я не дам!
— Она не отступится, — сказал Заяц. – Ууу, жирная жаба!
— Перестань, Менделеев! Как тебе не стыдно. Она же о твоей жизни беспокоится.
— Она беспокоится о своей репутации, а не о моей жизни. Она нам весь план рушит!
— Это вопрос жизни и смерти нашего города, — продолжала умолять Белка.
Но Квакша была неприступна. Она звякнула ключами, положив их в карман, и ушла в дом, чтобы больше не слышать слёзных просьб.
— Эй!. . Псс!. . Идите сюда. – Младший Квакин, спрятавшись за угол дома, махал им веткой.
— Кто это? – не понял Заяц.
— Это лягушонок. Он вёз меня в первый раз, на разведку. Привет, Квакин!
— Идите сюда. Я слышал, вам нужна лодка…. Я могу достать.
— Так это ж отлично! Давай быстрей! – обрадовался Заяц.
— Только у меня одно условие: я еду с вами.
— Мелкие – спят дома в это время, — начал было Менделеев.
— Тогда останетесь на этом берегу, а ваш друг – на том.
— Эврика на том берегу? – испугалась Белка.
— Да. Я отвёз его туда пару дней назад.
— Хорошо. Ты едешь с нами. Помнишь место, где высадил Бурундука? – спросил Заяц.
— Я эту реку, как все свои перепонки знаю, — гордо ответил Квакин и повёл друзей к воде.
Лодка тихо причалила к берегу.
— Квакин, это ты? – раздался голос из темноты.
— Эврика – ты что ли? – ответил ему Заяц.
— Менделеев! Дружище! – и Бурундук выбежал на берег из своего укрытия.
— Ты что здесь делаешь? – спросила Белка. – Мы тебя обыскались! Заяц придумал порошок!
— Молодец, Менделеев! Я всегда верил в твои мозги!
— Ну что? Где они?
— Совсем недалеко уже. Работают как заведённые. Я вот, сколько за ними наблюдаю, не могу понять, откуда они взялись на нашу голову? Не спят. Не едят. Не отдыхают. Не разговаривают между собой. И, в то же время, всё так слаженно у них получается. Они как роботы, над которыми мы работаем…
— Ты проговорился…, — сказала Белка.
— Что? – не понял Бурундук.
— Ты только что выдал нам секретную тайну, — пояснил Заяц.
— Правда? А я и не заметил…
— Это нервы, — вставил Квакин.
Все оглянулись на него.
— А ты что тут делаешь? Марш домой! – наехал на него Менделеев.
— Оставь парня в покое. Он нам помог, и ещё поможет, может быть. Куда ты его одного хочешь отправить? Пусть ночует с нами. – И Эврика обратился к Лягушонку. – Ты знаешь хорошее местечко на берегу? Не хочу ночевать на деревьях. Эти Клацальщики работают очень быстро. Не успеешь глазом моргнуть, распилят пополам.
— Ух, ты! Эврика, ты видел настоящих Клацальщиков? – восторженно спросил Лягушонок.
— Ты тоже их скоро увидишь, не переживай. А сейчас – пора всем спать.

Белка зевнула и потянулась. Ласковое солнце уже встало и пробивалось сквозь листву.
Она огляделась по сторонам:
— Эврика! — закричала она. Менделев тут же проснулся и вскочил.
— Ты чего орёшь? – не понял он спросонья.
— Эврика исчез, — Белка оглядывалась по сторонам. – Он не говорил, что уйдет. Квакин, ты видел, Бурундука?
— Он ушёл полчаса назад. Услышал какой-то звук и пошёл посмотреть, — спокойно ответил лягушонок и улыбнулся.
— Что за звук? Куда он ушёл?!
— Звук похожий на тот, когда лопается большой пузырь. А ушёл вон туда, — и Квакин показал направление.
— Надо срочно бежать за ним! – вскочила Белка.
— Зачем? Он же не разбудил нас и не позвал. Значит, он просто пошёл на разведку. Я бы тоже так сделал. Успокойся. Давай лучше попьём кофе с бутербродами. Я что-то проголодался …. Где термос?
— А вот и Эврика, — радостно сказал Лягушонок.
Из леса бежал запыхавшийся Бурундук.
— Ребята, план меняется.
— Что опять произошло? – подскочила Белка.
— Не понимаю пока, в чём дело…. Но Клацальщиков больше нет.
— Не понял, — Заяц так и застыл с открытым ртом и недожёваным бутербродом.
— Они исчезли. Вчера ещё были, а сегодня их нет.
— Так они, наверное, ушли в другую сторону. Надо просто их найти, — сказала Белка.
— Нет, вы не поняли. Клацальщиков нет. Вместо них появились Люди…
Теперь все звери, потеряв дар речи, молча смотрели друг на друга.
— Кто таки Люди? – спросил улыбаясь лягушонок.
— Ты в каком классе учишься? – первым опомнился Заяц.
— В подготовительном.
— Ясно, вы это ещё не проходили…
— Но ведь Люди вымерли… — Белка хлопала своими большими глазами.
— Видимо, не все, — уточнил Бурундук.
— Ну и шуточки у тебя, Эврика. – Заяц откусил бутерброд и запил его большим глотком кофе.
— Пойдёмте со мной. – И Эврика надел свой рюкзак. – Что я вам, как радио, всё рассказываю? Сейчас сам всё увидите.
И друзья, быстро собравшись и надев свои рюкзаки, поспешили за Бурундуком.

Ким лежал на траве и загорал, подставив лицо солнцу.
Еще вчера они получили сигнал «SOS» из Центрального Управления Параллельностей. Их корабль оказался самым ближним к месту аварии. Нужно было свернуть, проверить, что произошло и устранить возможные неполадки.
Такое случается иногда. Параллельности пересекаются и образуют временные порталы. Последний раз такая авария была пятьдесят лет назад. Дедушка рассказывал, что к ним на участок залетел довольно большой фиолетовый куб. Учёные забрали его в свою лабораторию. Пытались что-то выяснить, но им так ничего и не удалось. Этот куб был из очень прочного материала. Его ничем нельзя было ни распилить, ни взорвать. При этом он был холодным, и в нем всегда что-то тикало…. В общем, потом его поместили в камеру хранения. А оттуда он благополучно исчез. Никаких следов взлом не обнаружили.
Может, за ним тоже вернулись свои? Вот, как они сейчас: вернулись за исчезнувшим при транспортировке контейнером с промышленными роботами.
Правда, этот контейнер не из их Параллельности. Такие роботы не нужны в их мире. Это в 10-й Параллельности много лесов. Там кругом одни леса. Они даже экспортируют их в другие миры…
А у них дома нет лишних деревьев. Да, какой там, лишних. Им самим не хватает. Вот, если бы…
Мальчик заснул.
— Ким! Ким, ты где?
— Да вон он, спит на травке, — успокоил брата дядя Марат. Пусть подышит свежим воздухом. Успеет ещё в каюте насидеться. До «выхода» время есть.
— Ты посмотри, что они тут натворили. Весь лес повырубали, тупые киборги. И кому только в голову пришло их сделать? – не унимался Толя.
— А ты смотри, да кумекай! Чтобы таких же косяков в своей лаборатории не наделать. Вот, зачем они им вечную батарейку поставили? Если б в Управлении не нашли пропажу, они б тут всё до экологической катастрофы довели.
— Да кто же знал, что они в необитаемый лес попадут? У них же кнопка отключения на спине есть. И пульт в контейнере лежал.
— Ну и кто, по-твоему, этот пульт тут найдёт? Лось? Или медведь? Даже если предположить, что обезьяна смогла бы докумекать и воспользовалась этим пультом…. Они ж тут своим шумом всех зверей перепугали. Вон, смотри – никого не осталось. Так что имей ввиду…. Ты – учёный. Ты искусственный интеллект изобретаешь. Думать надо о таких вещах, Толя, заранее.
Друзья наблюдали эту картину из своего укрытия, не веря своим глазам. От Клацальщиков не осталось и следа. Брёвна, которые те старательно складывали штабелями, тоже исчезли. На вырубленном пространстве остались только пни, трое Людей да светящийся шар, на который невозможно было смотреть, чтобы не выступали слёзы.
— Люди – это опасность, — сказал Эврика. – Если мне не изменяет память, они уничтожают всё живое, заменяя естественную среду обитания техногенной. Мы не должны высовываться, чтобы они нас не заметили.
— А, всё-таки: куда делись Клацальщики? – спросил шёпотом Заяц. Неужели люди справились с оравой железных великанов?!
— Очень может быть, — ответил Буруднук. – Я же говорю – они опасны.
— Но ведь они избавили нас от угрозы! – не соглашалась Белка.
— Ещё неизвестно, что хуже, — Эврика был непреклонен. – Надо уматывать отсюда по-тихому.
— Мне страшно, – прошептала Белка.
— Вот теперь нам действительно нужна Большая Голова, — вставил Менделеев.
— Что?! – не понял Бурундук. – Она жива???
— Я видела её вчера своими глазами.
— Тогда бежим к ней! – Эврика припустил первым. – Давайте быстрей! Тут опасно оставаться.
И группа исчезла под покровом леса.

— Ким! Ты куда опять подевался? Нам уже пора!!
Ким услышал, как его зовут, и нехотя повернул обратно. Зелёный лес сманил его своей прохладой, и мальчик решил погулять в нём, не отходя далеко от корабля. Он не удержался и снял ботинки и теперь ступал по шелковистому ковру босиком. Уже подходя к вырубке, он заметил, как что-то белеет в траве под кустами. Подойдя, Ким поднял с земли кусочек бумаги, размером с фантик от конфеты, сложенный вчетверо. Он с интересом развернул его, но ничего не увидел внутри и хотел уже выбросить его, но вдруг вспомнил, что «мусорить в лесу нельзя». Это правило из детства всплыло в голове Кима как-то само собой, и мальчик на автомате сунул «фантик» в карман. Тут же на его руке сработал индикатор – это Толя нажал на «поиск». Ким ответил ему встречным сигналом, информируя, что «беспокоиться не о чем, с ним всё в порядке и он уже рядом», и припустил к кораблю.
— Ну что это такое? Мы тут обыскались тебя, Ким! – Толя действительно нервничал.
— Ладно, Толь, не кипятись. Он же уже здесь – всё хорошо! – дядя Марат вступился за него. – Ну, подышал малец кислородом на дорожку – ничего страшного не случилось. Правда же, Ким? – и он улыбнулся мальчику.
— Да, дядя Марат. Со мной всё хорошо, — Ким улыбнулся в ответ.
— Ну, вот и славно. А теперь нам действительно пора. Ким, задраивай люк!
Через пару минут блестящий шар исчез. Растворился в воздухе как мыльный пузырь.
Квакин, открыв рот, так и стоял под кустом, когда друзья, вконец запыхавшись, вернулись за ним. Они обнаружили «недостающее звено», когда садились в лодку. Господи, чего они только не передумали, пока бежали обратно за Лягушонком.
— Ты цел? Они тебя не тронули? С тобой всё в порядке? – тряс его за плечи Менделеев.
— Подожди! Видишь – он не может сказать ни слова, — вступилась Белка.
— У него шок, — констатировал Эврика.
— Ребята, а куда все подевались? Куда делись Люди и этот их шар? – Белка показывала в сторону вырубки и в недоумении смотрела то туда, то на друзей.
— Квакин, говори, в чём дело! Ты один тут оставался – что ты видел? – тон Эврики не терпел возражений. Все обступили Лягушонка. И он, наконец, заговорил:
— Они исчезли…
— В какую сторону они пошли? – не унимался Эврика.
— Они исчезли, как мыльный пузырь, — Квакин часто моргал.
— Какой пузырь? При чём тут пузырь?! – Эврика не на шутку рассердился.
— Я уже видел, как это бывает. Вот, они есть, а через секунду – чпок – и их уже нет…
— Он сошёл с ума? — неуверенно высказала предположение Белка.
— Он не сошёл с ума, — заступился за бедного Лягушонка Заяц. – Я действительно дарил ему раствор для мыльных пузырей. Но они не должны были лопаться. В этом и была вся фишка.
— Но он лопнул! – крикнул Лягушонок. – Мой самый большой пузырь лопнул. Как раз в тот день…
— В какой «тот день»? – не понял Эврика.
— Подожди! Ты давишь на него. Ты же видишь – он не врёт. Он что-то знает, и хочет нам сказать. – Вступилась Белка. И уже мягче спросила Квакина. – Что за день? Расскажи нам.
И Лягушонок рассказал друзьям про солнечный день, про свой самый большой и красивый пузырь в форме медведя, про то, как он неожиданно лопнул. А потом начались эти звуки по ночам в соседнем лесу, расспросы Воронов и вся эта канитель.
— Да…, дела. — Заяц чесал за ухом. – И ты говоришь, они исчезли прямо на твоих глазах? Растворились как мыльный пузырь?
Лягушонок кивнул.
— Ну, допустим, они и вправду исчезли. Допустим, мы знаем, когда они появились. Но откуда они взялись, как это делают и придут ли ещё – этого мы не знаем. – Констатировал Эврика. – И я, если честно, вообще ничего не понимаю…
— Я тоже не понимаю, — сказала Белка. – Поэтому надо всем успокоиться, вернуться в Город и доложить обстановку Сове. Вместе и подумаем, как быть дальше.
— Согласен, — кивнул Заяц. – Я очень устал от всего этого. Я не спал, изобретая этот порошок, который уже никому и не нужен…
— Зачем ты так говоришь? – возмутилась Белка. – Ты сделал большое дело. Ты молодец! Мы верили в тебя, и ты доказал, что можешь сделать настоящее открытие.
— Кому оно теперь нужно? – Заяц понуро повесил голову.
— Оно нужно Городу, — раздался голос сверху.
Звери вздрогнули и посмотрели на соседнее дерево. Большая Голова бесшумно слетела вниз и плавно приземлилась перед ними. Звери с любопытством смотрели на неё. А Лягушонок, видя её впервые, спрятался за спину Менделеева.
— Насколько я поняла, ты изобрёл ускоритель роста растений. Так? – продолжала Сова, поправив на носу большие тёмные очки
— Да, всё верно, — ответил Заяц, но испуг его не прошёл.
— Эту вырубку нужно засеять и вырастить здесь новый лес. Жители не должны остаться без дома. Они вернутся, рано или поздно. Это их родина. А твой порошок поможет им вернуться намного быстрее. Это – раз. Во-вторых, — продолжила Сова, — если Люди захотят вернуться, им сложнее будет найти то же место, ведь здесь будет новый лес.
— Точно! Менделеев, какой же всё-таки ты молодец! – и Белка обняла его.
— А почему вы думаете, что они вернутся? – спросил Эврика.
— Мы не знаем, что им было нужно в этот раз, — ответила Сова. – Хорошо, если они не заметили нас. А если они поняли, что наш Лес – не просто Лес? И их интерес снова проснётся?. .
— Они снова появятся как мыльный пузырь? Из ничего? – обрадовался Лягушонок.
— Всё может быть, — ответила Сова. – Но теперь мы знаем о такой возможности. И мы будем готовы к их появлению.
— А что будет с нашим Городом? – спросила Белка.
— Мы наведем в нём порядок, — ответила Сова. – Бобры уже арестовали склад Ворона на берегу, и жители смогут получить обратно своё добро. Егорина пока не поймали. Возможно, он скрылся в соседнем Городе. Но главное – паника и эвакуация остановлены.
— А что будет с Мудрилиным? – продолжала интересоваться Белка.
— Он подал в отставку. Нужно выбрать нового мэра. И, кажется, я знаю подходящую кандидатуру. Но это будут решать жители.
— А вы? Что будете делать вы? – спросил Эврика. – Вы опять уйдёте в тень?
— Нет, — улыбнулась Сова, и друзьям стразу стало легче. – Я – Старейшина Лесного Братства. И моей большой ошибкой было обижаться на Мудрилина и «уходить в тень». Я не собираюсь занимать его место, но и прятаться и уходить в отшельники тоже не стану. Я ещё могу послужить Городу. И, кстати, мне понравились дневные прогулки! – И Сова засмеялась так, что её темные очки опять сползли с носа. – А сейчас – у нас всех много дел. За работу, друзья! Город – ждёт…

— Толя, у меня к тебе дело. – Ким стоял в проёме каюты брата, не решаясь войти.
— Заходи, не стой в дверях. Что за дело?
— Когда я гулял в лесу, в той Параллельности, я кое-что нашёл. Я не стал говорить вам сразу, потому что забыл. Но, потом, вспомнил. И… Короче, вот оно, — и Ким положил на стол свёрнутый вчетверо листок белой бумаги.
— Что это? Клочок бумаги? — Толя развернул его. – Причём, пустой…
— Я тоже сначала так подумал, — начал Ким и присел напротив. – Понимаешь, если бы это было в нашей Параллельности, я бы ничего не сказал. Но это – их листок.
— Что значит «их»? Кого «их»?
— Ты же говорил, что эта Параллельность необитаема. В смысле, в ней нет разумных существ.
— Да, говорил. И ты мог сам в этом убедиться.
— Тогда откуда в лесу взялся листок белой бумаги? – не унимался Ким.
— Откуда я знаю! Может, ветром из корабля выдуло. Или ты сам его же и обронил…
— Не было никакого ветра. И я нашёл его в лесу под кустом.
— И что ты хочешь сказать? Что там есть какая-то цивилизация, которая умеет делать листы белой бумаги? – Толя засмеялся. – Иди лучше поспи, Шерлок Холмс. Может, тебе придут в голову другие идеи.
— Дай мне, пожалуйста, Декодер, — Ким встал.
— Ты умеешь им пользоваться? Хорошо, бери. – И брат протянул ему плоское устройство, размером с ладонь, с двусторонним экраном.
— Спасибо, Толя. И, спокойной ночи.
— Потом хоть расскажи, что приснилось великому Шерлоку Холмсу!
— Обязательно! — крикнул Ким, исчезнув за поворотом коридора, не обращая внимания на подколки брата.
— Доброй ночи! Над чем работаем? – поинтересовался дядя Марат, входя в лабораторию. – Не помешал?
— Нет, совсем нет. – Ким незаметно спрятал листок в тетрадку и включил обычный свет. – Я работал над своими вычислениями, устал и решил развлечься с ультрафиолетовыми маркерами.
— Ну да, ну да…. Отвлекаться от работы тоже нужно. Иначе крыша может поехать. Как, кстати, продвигаются твои дела? Есть что-то новое?
— Ничего, о чём стоило бы заявлять во всеуслышание…
— Молодец, Ким. Я тоже не люблю трепаться о результатах, которые ещё не закончены…
— Дядя Марат, а что будет с лесом, который мы забрали? – сменил тему Ким.
— Ну, это наш трофей. В той Параллельности он считается «мёртвым грузом», и Центр разрешил нам его забрать.
— И что мы будем с ним делать?
— Сдадим на таможне в своей Параллельности. Получим вознаграждение. А дальше – не наша забота.
— А что будет с теми, кто потерял контейнер с роботами? Их накажут?
— Ну, возможно, их оштрафуют. Или ограничат в перевозках.
— А что будет с той, 17-й Параллельностью? Им как-то возместят ущерб?
— Не знаю, мальчик. У них же нет цивилизации. Возможно ничего не будет. А возможно…
— А если бы там была цивилизация?
— То есть?
— Ну, если бы там жили разумные существа – Центр реагировал бы по-другому?
— Если бы там обнаружились «разумные существа», как ты говоришь, ВСЁ было бы по-другому! – и дядя Марат встал и заходил по лаборатории.
— А что бы тогда было? – не унимался Ким. – Что бы случилось, если бы мы, например, предоставили Управлению эти данные?
— Если бы это было так, — и дядя Марат остановился перед мальчиком, — нас бы первом делом подвергли тщательному осмотру, сканированию мозга и прохождению всевозможных тестов. Потом, снарядили бы экспедицию для разведки и установления контактов с новой цивилизацией. И, я бы не завидовал той Параллельности, если они оказались бы слабее нас…
— Почему?
— Ну, мой мальчик… Тебе, наверное, ещё рано знать такие вещи…. Но наше Управление очень могущественная организация. Её влияние распространяется на многие Параллельности…. Не хотел бы я оказаться под его прицелом.
Ким молча сидел и слушал. Он понимал, что то, что он услышал сейчас, он уже не сможет забыть. Теперь это знание будет висеть над ним и всегда стоять за спиной.
— Зря, наверное, я тебе это всё рассказал, — дядя Марат уже сидел и смотрел в какую-то свою даль. – Ты молод, у тебя всё впереди. Может, в твоё время всё будет по-другому…. Ну ладно! Я – спать. Смотри, не засиживайся долго.
Ким снова остался один.
Он вытащил из тетрадки найденный в лесу листок. Посмотрел на расшифровку в своей тетради, сравнил записи, полученные с помощью Декодера…
Ким решил больше никому не говорить о своём открытии. Про надписи, которые он увидел на листке с помощью ультрафиолета. Про расшифровку. Про формулу…
В конце концов, это не его открытие. Кто-то придумал формулу до него. Формулу, над которой он думал месяцами…
Значит, в 17-й Параллельности есть разумные существа. И они, однозначно, не глупее людей. А может быть, даже умнее…. Но, вот, сильнее ли?. .
Почему так нервничал дядя Марат, говоря об Управлении?. .
Ким закрыл тетрадь и убрал листок в надёжное место. Ему о стольком ещё надо подумать…. Он считал, что всё знает о своей Параллельности. О том, как контактируют другие миры. Об их организации в целом…. А, оказывается, он что-то упустил. И упустил самое главное. И теперь он даже не может ни с кем поделиться своим секретом.
Или, всё-таки, стоит рассказать обо всём дяде Марату? Он, вроде бы, хороший человек…
Или пока подождать?. .
Ладно. Он пойдёт сейчас спать. И подумает об этом завтра. Утро вечера мудренее…

.




Похожие сказки: