Черт и скрипач



Двести лет тому назад в одной деревушке, расположенной недалеко от леса Жиблý, жил старый бобыль по прозвищу Паленый де Ла Фан.
Паленый де Ла Фан был очень набожным человеком. Он все время молился и постился, часто паломничал и побывал во многих святых местах. При этом Паленый де Ла Фан вовсе не был нелюдимым молчуном. Напротив, он обладал прекрасным чувством юмора и самым добрым нравом. Лицо старика было ужасно обезображено, а на голове не росло ни единого волоса, ибо когда-то в прошлом он сильно обгорел при очень странных обстоятельствах.
Настоящее имя старика было: Марк-Пьер де Ла Фан. В молодости он слыл замечательным скрипачом. В молодости он слыл замечательным скрипачом. Больше всего на свете Марк-Пьер любил музыку, танцы и веселье. И ничего он так не боялся, как скуки и одиночества. Его всегда окружала толпа беспечной молодежи. Без скрипки Марк-Пьера не обходился ни один праздник.
Приходской священник часто порицал юного музыканта за неуемную страсть к развлечениям.
— Хватит шляться по деревням со скрипкой. Нельзя вести такую беспутную жизнь! – говорил старый кюре. – Из-за тебя молодежь забывает о своем христианском долге. Вместо того, чтобы молиться в церкви и думать о спасении души, вы все дни напролет предаетесь опаснейшему веселью. Запомни, Марк-Пьер, все, что ты делаешь, на руку сатане! Как бы не пришлось тебе горько поплатиться за твое легкомыслие!
Марк-Пьер клятвенно обещал священнику стать серьезнее и чаще ходить ко службе. Но сдержать слово было ему не по силам. Он не мог жить без праздников, и каждый вечер со скрипкой под мышкой шел на зеленый луг, где его ждали развеселые друзья.
Матушку Марк-Пьера тоже огорчало поведение сына. Со слезами на глазах она умоляла юношу прислушаться к словам кюре, взяться за ум и не гневить Бога. И опять Марк-Пьер обещал исправиться, но потом делал по-своему. Громкий смех молодежи и звуки музыки каждый вечер разносились далеко по окрестностям.
Лето было в разгаре. Приближался праздник святого Иоанна. Марк-Пьер уж давно пребывал в радостном ожидании. Ведь скоро день летнего солнцестояния, когда можно устраивать прыжки через огонь. То-то радость! Марк-Пьер прямо дрожал от восторга. Он представлял себе огромный костер, разведенный на вершине горы Мон-дю-Сольт, юношей и девушек, которые с радостным смехом кружатся в быстром танце и, весело крича, перелетают через языки пламени. Вот это праздник! Светило достигнет своего наивысшего положения над горизонтом, и на землю придут самый длинный день и самая короткая ночь в году.
Марк-Пьер давно уже подзадоривал деревенскую молодежь отправиться ночью в горы, чтоб танцевать вокруг огня. И это было хорошо известно приходскому священнику. Он сам пошел к главному зачинщику веселья и строго сказал ему:
— Марк-Пьер, чаша моего терпения переполнена. Что за костер ты хочешь запалить на вершине Мон-дю-Сольт? Разве ты не знаешь, что это языческий обычай? Древние германцы, поклонявшиеся силам природы, устраивали празднества, когда одно время года сменяло другое. Они заклинали злых духов, узнавали волю своих богов и старались заручиться их милостями. Водан был, кажется, богом света, Донар – богом воздуха. Я уж и не упомню их бесовских имен… В священных рощах, под сенью старых деревьев, на берегах ручьев, у подножия скал, иногда в каком-нибудь грубо выстроенном храме алеманы приносили в жертву своим богам мясо диких зверей, хлеб, пиво и мед.
В день летнего солнцестояния язычники разводили огромные костры и устраивали прыжки. Они полагали, что огонь обладает очистительной силой и, прыгая через пламя, можно избавиться от болезней и стать сильнее. Неужели ты тоже в это веришь? Прошу тебя, Марк-Пьер, не совершай диких поступков. Ты юноша добрый, но глупый. Ты не понимаешь, как опасно заигрывать с дьяволом. Святые миссионеры, присланные к нам из Ирландии, долгие годы боролись с язычеством. А теперь, в наш просвещенный век, ты подбиваешь молодежь Вилларлóда, Эставаéра, Вюистернáнса и Жиблý принять участие в древних ритуалах. Это очень плохо! Запалить ночью костер на вершине горы и прыгать через огонь – не самый лучший способ почтить святого Иоанна, который был против всякого колдовства. Прошу тебя, сын мой, не гневи Господа. Подумай о своей бедной матери. Как страдает она от твоих проказ! Обещай мне, Марк-Пьер, что будешь чаще молиться и выкинешь из головы мысли о плясках на вершине Мон-дю-Сольт.
Марк-Пьер, взволнованный словами священника, пообещал положить конец развлечениям и чаще бывать в церкви. Но через день молодой человек снова принялся мечтать о дне летнего солнцестояния. Вскоре он с прочими любителями увеселений расчищал место для танцев, рубил дрова для костра и раздавал приглашения на праздник юношам и девушкам соседних деревень.
Наступил воскресный день. Старый кюре во время проповеди гневно порицал беспечную молодежь за страсть к песням и пляскам. Но Марк-Пьера не было на службе – он занимался приготовлениями к празднику.
Наконец настала долгожданная, самая короткая ночь в году. Дул свежий ветер. В темноте шумели деревья. Теплый воздух был напоен сладкими, терпкими запахами трав и цветов. Долины и склоны гор окутывал белый туман. А на вершине Мон-дю-Сольт горел такой большой костер, что его было видно даже с хребтов Юры. Рев огня и треск пылающих бревен сливались с криками, смехом и песнями нарядной молодежи. Вино лилось рекой. Гремела музыка. Молодежь танцевала до упаду. Забавнее всего было прыгать через огонь. Юноши и девушки, разгоряченные невиданным весельем, забыв про все на свете, с блестящими глазами, разгонялись изо всех сил и, подпрыгнув, перелетали через бушующее пламя.
В центре всеобщего внимания был, конечно же, Марк-Пьер со своей скрипкой, которая без устали пела самые задорные мелодии. Музыкант веселился, как никогда. Глядя на счастливые лица друзей, он думал, что это лучший праздник в его жизни. От вина, танцев и прыжков через костер в теле и мыслях Марк-Пьера была какая-то необыкновенная легкость. Юноше казалось, что он слился в одно со всей природой, что темнота ночного неба, шум ветра, запах трав и жар огня стали частью его существа.
Приближалась полночь. Костер угасал. Хохот и песни молодежи становились тише. Утомленные буйными танцами юноши и девушки мало-помалу парами спускались с горы и расходились по домам. Вскоре площадка для танцев опустела. Разноцветные язычки догорающего огня беспокойно плясали на красных углях. На вершине Мон-дю-Сольт воцарилась такая глубокая тишина, что трудно было поверить, будто час назад здесь было веселье. Ни один из юных танцоров не хотел бы сейчас оказаться рядом с пепелищем, ибо всем было хорошо известно, что на том месте, где горел костер в праздник летнего солнцестояния, после полуночи происходит шета, собрание темных сил – призраков умерших грешников, ведьм, чертей и прочей нечисти.
Юноши и девушки, чрезвычайно довольные вечером, проведенным на вершине Мон-дю-Сольт, прощались и желали друг другу спокойной ночи. И никто из них не заметил, что куда-то пропал скрипач Марк-Пьер…
Бедный гаер, уставший от танцев и прыжков через огонь, собрался было восвояси, но вдруг его неумолимо стало клонить в сон. Глаза музыканта слипались, руки и ноги цепенели. Как подкошенный, он рухнул на землю рядом с костром и заснул.
Очнувшись ото сна, Марк-Пьер с изумлением поглядел вокруг. Он был один на вершине горы, а перед ним вновь пылал огромный костер. Вдруг юноша громко закричал от ужаса. Он увидел, что посреди языков пламени, прямо на горящих бревнах, сидит высоченный черт с острыми ушами, курчавой бородой и грозными рогами. Его красные глаза насмешливо глядели на скрипача. В когтистой лапе он сжимал черный трезубец. Откуда ни возьмись, в воздухе появилась стая отвратительных демонов с перепончатыми, как у летучих мышей, крыльями. Мерзкие существа со свистом, воплями и воем ринулись на человека. Десятки цепких рук подхватили Марк-Пьера и подняли высоко над землей. Демоны, перекидывая друг другу несчастного скрипача, с невероятной скоростью закружились в хороводе. Они пели:
В пляс пускайся, что есть силы –
Здесь теперь твоя могила!
Вместо девушки проворной
Потанцуй-ка с чертом черным!
Скоро ты сгоришь в аду –
Задремал ты на беду!
Бедный, бедный Марк-Пьер! Ожидал ли он такого завершения праздника? Юноша громко рыдал, заливаясь слезами. Он отчаянно звал на помощь, но кто мог вызволить его из лап сатаны в полночь, на вершине Мон-дю-Сольт, заполоненной нечистой силой? Черт, восседавший посреди костра, хохотал, глядя на страдания музыканта. Он протянул вперед ладонь с когтистыми пальцами, и стая демонов полетела к своему хозяину, чтобы вручить ему жертву. Марк-Пьер с ужасом глядел на грозное пламя. Поистине, его ожидала страшная кончина! Он зажмурил глаза…
Но странное дело, – что-то не давало демонам бросить Марк-Пьера в огонь. Нечисть вновь и вновь подлетала к костру, чтобы швырнуть туда скрипача, но не тут-то было. На адских танцоров вдруг напала непонятная хворь. У них начался озноб. Несмотря на яркое пламя, они стучали зубами и дрожали от холода. Силы покидали мучителей Марк-Пьера. Ослабев окончательно, они выронили юношу из мохнатых лап на землю. Их главарь в ярости вскочил и ударил трезубцем о землю. Раздался грохот. Во все стороны полетели искры. Черту не терпелось получить поскорее свою добычу. Он вышел из огня, чтобы самолично схватить Марк-Пьера, но, приблизившись к юноше, тоже почувствовал, что замерзает. В страхе сатана попятился обратно к костру.
Дело в том, что матушка Марк-Пьера не спала. Сердце ей подсказывало, что с сыном случилось несчастье. Она просила святых угодников заступиться за непутевое чадо, и ее молитвы были услышаны на небесах. Кто-то невидимый и сильный встал рядом с Марк-Пьером на вершине Мон-дю-Сольт. И демоны со своим предводителем почувствовали угрозу. Они пришли в замешательство. Тогда черт зашептал:
— Юноша, иди скорей ко мне, иначе ты погибнешь! Со мной ты обретешь невиданное счастье. Мы закружимся в вечном танце. Приди ко мне, и я спою тебе самую прелестную мелодию на свете. Поторопись!
Но Марк-Пьер не поддался дьявольскому искушению. Он стал громко читать «Отче наш». Услышав слова молитвы, черт скорчился от отвращения. Прокричав проклятие, он бросился в огонь и исчез в своей родной стихии. За ним последовали все крылатые демоны. Не успел Марк-Пьер дочитать молитву до конца, как костер погас, и темнота окутала вершину Мон-дю-Сольт.
На следующее утро деревенские жители, обеспокоенные отсутствием Марк-Пьера, отправились на площадку для танцев. Там, рядом с грудой черных углей, они увидели обгорелое тело музыканта. Сначала все подумали, что юноша умер от столь ужасных ожогов, но на удивление оказалось, что сердце его еще бьется. Полуживого скрипача на носилках перенесли в деревню. Кюре отслужил молебен об исцелении бедного юноши. Через несколько дней сознание вернулось к Марк-Пьеру, и он рассказал людям о страшных событиях, которые произошли ночью на вершине Мон-дю-Сольт. Что и говорить, все были поражены случившимся.
Много месяцев болел Марк-Пьер. Очень медленно заживали его раны. Поправившись, скрипач первым делом отправился на вершину Мон-дю-Сольт. Он поставил высокий крест на том самом месте, где горел в праздник летнего солнцестояния адский костер. Это было в 1765 году, – на гранитном пьедестале еще можно различить знаменательную дату. С тех пор туда часто приходят паломники, чтобы помолиться святым, избавившим деревенского скрипача от гибели.
Сам Марк-Пьер прожил долгую жизнь. После страшной ночи в горах он никогда больше не играл на скрипке, не пел и не танцевал. Несмотря на свое внешнее безобразие, он был веселым и добродушным человеком и совсем не обижался, когда его называли Паленым де Ла Фаном.

.




Похожие сказки: